Онлайн книга Мамин сибиряк

Я резко обернулась, только теперь осознав, что разговариваю сама с собой прямо посреди улицы.

– Ты бы так не думала, если бы знала, что за фрукт мой Мамин, – отвернулась я.

– И что же он за фрукт?

Глава 14

– Ну-у-у… Так-то по видео что скажешь? – пожала плечами мама, откладывая телефон, на котором я открыла для нее первое попавшееся видео, всплывшее по запросу «Олег Мамин». Это уж потом я поняла, что выбор пал далеко не на самый подходящий ролик для знакомства. Потому что в нем Олег так матерился на своих подопечных, что бедный комментатор, спасая прямой эфир, был вынужден пошутить, что это он на французском.

– Ага.

– По крайней мере, ему есть на кого выпустить пар, – криво улыбнулась мама.

– Дома он другой. И Степка у него хороший.

– Сколько ему, говоришь?

– Лет пятнадцать, – прикинула я в уме.

– Значит, не в качестве няньки тебя привечают.

Блин, ну вот зачем она опять так? Хорошо ведь поговорили. Вернувшись домой, мама налила нам домашнего вина, и я, сама того не заметив, разоткровенничалась.

– Мам, а я, по-твоему, гожусь только для чего-то? Просто так… сама по себе… я не заслуживаю любви? – сама вернула нас к разговору, от которого совсем недавно сбежала.

– А ты сама как думаешь? – вдруг сощурилась мама.

– Я не думаю! Я знаю, что да, – закричала я, вскакивая со стула. – Господи, мам… Но думать – это одно, а ощущать – совсем другое! – прошептала, упав обратно.

Мама опустила взгляд к рукам. Провела подушечкой большого пальца по ногтю на указательном. Руки у нее, несмотря на тяжелую работу по хозяйству, были всегда ухожены. Это тоже был протест – выглядеть не так, как большинство здешних женщин.

– Извини.

– Да что уж, – всхлипнула я, отворачиваясь к окошку. Показалось? Или за шторкой реально мелькнула тень? – Просто не поняла твою оговорку про няню. Все, что ты обычно мне говоришь, сводится к чему-то такому, что…

Мою речь прервал оглушительный стук в калитку.

– Это, наверное, ко мне. Мужчина, – добавила она и, не дав мне ни секунды на осмысление, устремилась прочь из комнаты. Я машинально кивнула, хотя мать этого, конечно же, не увидела. И только потом осознала. Что значит – мужчина? У моей мамы?! Нонсенс. У нее не было никого. Никогда. По крайней мере, пока мы жили вместе.

– Люба, это тебя… – донеслось из коридора. Я перевела дух.