Онлайн книга Месть женщины

Дельфин по имени Саша, выпрыгнув из пены, открыл рот, потом глаза и застыл в такой позе, словно его паралич разбил.

— Нужно открыть, — сказала я. — Если Старуха не сможет попасть в собственную квартиру, она обратится в милицию.

Я выскочила из воды, сорвала с вешалки махровый халат такого же серо-розового цвета, как и облицовка комнаты, обернувшись им раза три, отважно шагнула в прихожую.

— Постой! — крикнул мне вслед Саша. — Это, наверное, почтальон.

Но я была уже возле двери, которую распахнула, даже не поглядев в глазок.

Почтальонша измерила меня хитрющим взглядом исподлобья.

— Чтой-то я тебя никогда здесь не видела. Ты кто такая?

— Она моет у нас окна, — раздался из-за спины Сашин голос. Я невольно обернулась и чуть не упала — он был в костюме и даже при галстуке.

(Лицо как гипсовая маска, но это я заметила уже потом.)

Он расписался в положенной графе и взял из рук почтальонши сложенный вчетверо запечатанный листок.

— Не первый раз, да? — поинтересовалась я, когда за почтальоном захлопнулась дверь.

 — Вторая космическая скорость.

Он промолчал и дрожащими руками распечатал телеграмму.

Старуху зовут в Мариинку петь Тоску. Отбудет через неделю.

Позднее утро какого-то дня. И ни-ку-да не нужно идти! И ОН рядом!!

Чувствую себя настоящей принцессой и так вошла в роль, что расхаживаю по квартире в длинных нарядах. Никто, даже мама, не знает, где я, — сказала всем, что укатила на съемки, благо Фантик с театром смылся на неделю в Уфу. (Хвала Господу, мы с А-2 не заняты ни в «Утиной охоте», ни в «Гамлете».

) Дашу Старуха отправила в Кисловодск лечить язву. (Саша сказал, что прекрасно обойдется без горячих завтраков, а носки и рубашки постирает сам.) Можно не выходить на улицу, что мы и делаем, — огромный финский рефрижератор набит напитками-наедками из «Березки». К телефону не подходим, да он и не звонит почти — Старуха приучила своих абонентов щадить ее покой.

— Хотел бы жить так всегда? — спросила как-то я у Саши — мы лежали голенькие под тигровым покрывалом и курили одну сигарету.

"

"— Пожалуй, да, — не сразу ответил он. — Но я бы хотел, чтоб у нас были дети. И, прости за откровенность, но я бы категорически запретил тебе появляться на сцене и на экране.

— Понятно. Твой идеал — кухонная женщина. Как и у любого Дон Жуана. — (Черт побери, почему у меня вдруг защипало глаза?!) — Но я не гожусь на роль Долли Облонской, хотя из тебя получился бы отличный Стива.

— Дуреха ты моя, — сказал А-2 и слишком нежно, совсем по-телячьи, поцеловал меня в щеку.