Онлайн книга Мера бытия

Пробивая дорогу во льдах, корабли Ладожской флотилии под непрерывным огнём противника проводили караваны барж.

Чтобы исключить промахи при наступательной операции, армии проводили тактические учения. На озёрах Карельского перешейка во всех подробностях была имитирована обстановка, какая встретится при зимнем штурме Невы.

В болотах около Волхова создавались ледяные валы и прочие барьеры — копии тех, что предстояло преодолевать при прорыве.

Сведения разведки с оккупированной территории анализировались в мельчайших подробностях.

К середине января войска Ленинградского и Волховского фронтов были готовы к решающему наступлению.

Со стороны Большой земли к бою изготовилось около тысячи восьмисот орудий и миномётов сухопутной и морской артиллерии против четырёхсот, имевшихся у немцев. В распоряжении армии было пятьсот самолётов. Четыре стрелковые дивизии и шесть стрелковых бригад, лыжная и три танковые бригады были готовы в любую минуту мощным тараном обрушиться на врага и напрочь смести передовую оборону.

Особую сложность представлял прорыв обороны в полосе 67-й армии. Здесь позиции противника проходили по обрывистому обледенелому левому берегу Невы, имевшему превышение над правым. Расположенные ярусами огневые средства врага прикрывали многослойным огнём подступы к берегу.

Наступающим частям были выданы продукты на двенадцать боевых суток, а раненых в госпиталях фронта и Ленинграда ждало тридцать восемь тысяч коек.

Для подхода к Неве мощных танков и тяжёлой техники были построены дороги и подготовлены настилы, из которых предполагалось быстро проложить четыре переправы.

Для одновременного взрыва всей полосы минных полей вдоль правого берега расположили больше тысячи подвесных зарядов — их предстояло привести в действие электрическим током перед моментом выхода на лёд передовых частей.

Телефонная и радиосвязь всюду была налажена и проверена.

Замершие на марше части и соединения ждали приказа к наступлению. Дух атаки буквально витал в морозном воздухе, нетерпеливо подгоняя время тактического затишья.

"Катя чувствовала, что сейчас как никогда вся армия представляла собой единый молот, который вскоре размахнётся и будет бить и бить в одну цель, расплющивая вражеские армады и разрывая в клочья линии фронта.

«Говорят, что Россия сердится. Россия не сердится, Россия сосредотачивается», — в последнее время Катя часто вспоминала знаменитые слова канцлера Горчакова, разосланные им в депеше по посольствам.