Онлайн книга Миля над землей

Единственный бильярдный стол в заведении прячется в задней комнате. Мы с отцом обычно приходили сюда по выходным, когда у меня не было хоккея. Мы общались и выпивали по паре бутылок газировки, и он учил меня владеть бильярдным кием, так что я точно знаю, где его найти.

– Не возражаешь, если я присоединюсь?

Папа поднимает взгляд от своего идеально выверенного удара.

– Эван? – Он выпрямляется, сжимая в руках кий. – Что ты здесь делаешь?

Он стоит в протертых на коленях джинсах и совершенно изношенных рабочих ботинках с практически обесцвеченными носами, а значит, он пришел сюда прямо со стройки.

– Я хотел тебя увидеть.

Папа потрясенно застывает:

– Я надеялся, что мы сможем поговорить.

Наконец он кивает головой:

– Мы можем поговорить.

Я обхожу стол и встаю напротив него, мы оба не сводим глаз с беспорядочно разбросанных по столу бильярдных шаров, а не друг с друга.

– Расставь их, – предлагает папа.

Я выполняю просьбу, выстраивая шары для новой игры. Я все время чувствую на себе его растерянный взгляд. Он наблюдает за тем, как я снимаю со стены кий. Когда я поворачиваюсь к нему лицом, он быстро отводит глаза.

– Давай, разбивай.

Легкая улыбка скользит по моим губам.

– Ты не можешь просто отдать мне первый удар.

Я достаю из кармана монету, поднимаю ее и напоминаю ему, что мы всегда так делали. Его грудь вздрагивает от тихого смеха.

– Решка.

Подбрасывая монету, я ловлю ее в воздухе и шлепаю на тыльную сторону ладони.

– Решка.

Мы молчим, пока отец не делает первый удар, напряжение между нами сгущается. Но это напряжение не давит. Просто мы оба знаем, что нам нужно многое сказать.

Один из полосатых мячей попадает в дальний левый угол, давая ему еще один шанс.

Мы молчим, пока он снова выстраивает линию.

Еще четыре удара чередуются между нами, прежде чем наконец, выстраивая свой удар, я поднимаю на него взгляд.

– Я виделся с матерью.

Он устремляет на меня взгляд:

– Что?

Я прислоняю кий к столу и выпрямляюсь:

– Я пригласил ее на прошлой неделе.

Он смотрит на меня с сочувствием.

– Ох, Эван, – качает он головой, – ты в порядке?

Я киваю, не в силах вымолвить ни слова.

– О чем вы говорили?"

"– На самом деле мы не разговаривали. Разговаривал я. С ней.