Онлайн книга Могильщик из Таллина

Ардашев проследовал за сопровождающими по длинному коридору и оказался в достаточно большой комнате, которая не напоминала собой ни чиновничий кабинет, ни камеру российского судебного следователя, коих за свою адвокатскую практику Клим Пантелеевич насмотрелся до тошноты много. Это была небольшая зала с двумя венскими окнами, поделённая на две зоны, — рабочую и переговорную. В последней стоял диван с фигурными ножками, обтянутый тёмно-синим штофом и три кресла. В центре — небольшой кофейный столик с сигарной коробкой из вишнёвого дерева, мраморной пепельницей и спичечницей на ажурной подставке.

Господин Пурри указал Ардашеву на кресло, сам уселся напротив и, кивнув в сторону своего спутника, сказал:

— Я вам не представил коллегу. Это агент Иво Терес.

Господин с английскими усами учтиво склонил голову.

— Откровенно говоря, не знаю, как реагировать на наше знакомство. То ли говорить, что мне очень приятно, то ли молчать, то ли вежливо улыбаться. Господа, извольте объяснить причину моего привода в ваше ведомство. Не совсем понимаю, почему из-за вас я должен менять свои планы на день.

Пропустив слова Ардашева мимо ушей, офицер достал из коробки ямайскую сигару «Маканудо».

— Курите? — предложил он.

— Нет, благодарю. Предпочитаю монпансье.

Клим Пантелеевич вынул коробочку ландрина и с невозмутимым видом отправил в рот красную конфетку.

Капитан, отрезав кончик сигары гильотиной, чиркнул спичкой и прикурил. Насладившись первыми, самыми сладкими ощущениями вкуса дорогого табака, он, спросил:

— С какой целью вы прибыли в Эстонию.

— Всегда мечтал осмотреть достопримечательности Ревеля. В особенности тот колодец, куда, по преданиям, чтобы ублажить водяного, ваши «добрые» предки бросали несчастных кошек. Оказалось, что его засыпали ещё в середине прошлого века и на его месте теперь извозчичья биржа.

— Когда вы впервые познакомились с советским дипломатом Минором?

— А вы не пробовали это выяснить у инспектора Саара?

— Мы бы хотели получить ответ именно от вас.

— Вы уже его получили.

— В прошлом вы были статский или военный?

— Статский. Присяжный поверенный.

— Инспектор Саар упоминал об этом. И о газетах рассказывал.