Онлайн книга Монастырь (СИ)

И не стоит об этом забывать. Мужчина в красном не казался каким-то особенно зловещим или пугающим, напротив, даже располагал к себе... но Этьен отлично знал, насколько обманчивым может быть подобное впечатление. – У меня письмо для инквизитора Паоло Фратори.

Изображать из себя кающегося юноша не видел смысла. Первоначально он собирался повалять дурака, а потом разбираться по обстоятельствам, отдавать ли вообще эту несчастную бумажку, но падре Паоло явно не был тем дураком, которого стоило валять, да и присутствие свидетелей не особенно вдохновляло.

– Ну что ж, вы по адресу, – Паоло требовательно протянул руку.

– Прошу, – Этьен выудил из широкого рукава заветную бумагу, молясь про себя, чтобы инквизитор не заметил манипуляций, произведенных им с печатью.

Паоло взглянул на печать, скептически приподнял бровь и разорвал конверт. Бегло взглянув на подпись, он поднялся.

– Этот вопрос стоит обсудить наедине, сын мой, – кивнул он Этьену, – Следуйте за мной.

Фратори, лишь оказавшись в своих покоях вместе с принесшим письмо молодым человеком, позволил себе внимательно прочитать бумагу.

– Откуда у вас это? – Паоло помахал письмом, пристально глядя на Этьена.

– Мы с другом останавливались здесь по пути в Аталию – помолиться об удачной торговле и очистить душу исповедью, – улыбка инквизитора юноше очень не понравилась. Что там Николай про него говорил? Вцепится как клещ? – Падре Себастьян, узнав, что наша дорога лежит в Улазью, попросил оказать ему услугу и забрать некоторые бумаги – он знал, что у нас они будут в полной сохранности.

– И когда же вы здесь останавливались? – голос инквизитора был спокойным и невозмутимым.

– Чуть больше двух недель назад, – Этьен попытался скопировать невозмутимость Фратори, хотя до истинного спокойствия ему было ой как далеко.

Паоло покивал, что-то прикидывая.

– Знаете, что случается с гонцами, приносящими дурные вести? – задумчиво спросил инквизитор.

– Подозреваю, что ничего хорошего, – осторожно предположил библиотекарь. Идея передать письмо Паоло Фратори нравилась ему все меньше и меньше, и то, что он был ее автором, нисколько не утешало.