Онлайн книга Морской лорд

Граф Роберт по прозвищу Консул был лет пятидесяти, худощав, узколиц, с длинными русыми волосами, завитыми на концах, а над высоким лбом подстриженными коротко и ровно, усами и округлой бородкой. Лицо умное, я бы даже сказал, интеллигентное. На нем был красный плащ, подбитый горностаем, алое сюрко поверх луженой кольчуги, штаны из тонкой кожи и высокие сапоги. Его шлем, посеребренный и с плюмажем из черных страусиных перьев, держал один из рыцарей, приехавших с ним. Рядом за низким столиком сидел чиновник и что-то писал вроде бы грифелем на длинном и узком пергаменте.

Я поздоровался. Роберт, граф Глостерский, кивнул в ответ и протянул ко мне согнутые в локтях руки ладонями вверх. Я, встав на левое колено, положил на них свои ладони. Руки у него были теплые и сухие.

— Сир, становлюсь твоим человеком на шестьдесят дней, если будешь кормить и поить, — произнес я клятву.

Пока я говорил, граф рассматривал мой перстень. Александриты такого цвета редко встречаются в природе. Да и геммы на перстнях в этих краях тоже большая редкость.

— Имя? — спросил чиновник.

— Александр, — представился я.

Чиновник посмотрел на меня с интересом, поскольку, как догадываюсь, впервые встречал живого Александра. Он записал мое имя и уставился на меня, ожидая еще чего-то.

— С двумя оруженосцами, — сказал я.

— Второе имя есть? — спросил он.

Я вспомнил, что лорды здесь второе имя получают в честь замка, в котором родились.

— Де Путивль, — ответил я.

— Де Пути… — начал писать он и запнулся.

— Давай напишу, — предложил я и протянул руку к грифелю.

От удивления чиновник отдал мне грифель. Я быстро дописал, опустив мягкий знак, название города, в котором родился и который в 1139 году был крепостью, и вернул грифель. Если бы заговорил пергамент, чиновник бы меньше удивился: рыцарь, умеющий писать, в двенадцатом веке был большой редкостью.

— Человек, не лишенный образования, — улыбнувшись, сказал граф Глостерский на латыни.

— Знание — сила, — улыбнувшись, произнес на латыни и я.

Как я заметил, все остальные, включая чиновника, не понимали нас.

Граф в третий раз кивнул головой, соглашаясь со мной и давая понять, что пора бы зайти следующему.

Вскоре после его отъезда приехал возок, запряженный лошадью, и нам выдали на день на человека по караваю хлеба, три куска мяса, куску сыра и литру вина.