Онлайн книга Муссон

Под треск факелов вопросы и ответы продолжались.

Каждый вопрос входил в кодекс ордена, почти целиком заимствованный у рыцарей-храмовников.

Перечень вопросов и ответов описывал историю храмовников. В нем вспоминалось, как в 1312 году король Франции Филипп Красивый, сговорившись с папой Климентом V из Бордо, напал на рыцарей Христа и храма Соломона и истребил их."

"Огромные богатства рыцарей-храмовников — золото и земли — были конфискованы королем, а глава ордена подвергнут пытке и сожжен, привязанный к столбу.

Однако предупрежденные союзниками моряки-храмовники снялись со своих стоянок в Ла-Манше и вышли в море.

Они уплыли в Англию и попросили защиты у короля Эдуарда.

С той поры в Англии и Шотландии их ложи открыты под новыми названиями, но основные догматы ордена остались неизменными.

Наконец все вопросы были заданы и ответы на них получены.

Том встал на колени, и рыцари окружили его. Они возложили одну руку на его склоненную голову, другую — на рукоять Нептуновой шпаги.

— Томас Кортни, приветствуем тебя в обществе Грааля и принимаем тебя братом в Храм ордена Святого Георгия и Священного Грааля.

Они поставили Тома на ноги и один за другим обняли его. Это была часть древнего ритуала, но, когда Тома целовал отец, он отошел от застывшей в веках формы. Он вложил в руки Тома рукоять шпаги и сжал на ней его пальцы.

— Отныне она твоя, мой сын. Владей ею храбро и честно.

Том знал, эта прекрасная шпага — самое дорогое, что есть у отца.

После того как скорбящие и четыре рыцаря ордена разъехались, Хай-Уэлд стал тихим и пустынным. Элис все время проводила в своих личных комнатах. Том однажды видел, как она в одиночестве едет верхом по болотистой равнине, но хотя долго наблюдал за ней издалека, не забыл последствия их предыдущей короткой встречи и потому не приблизился.

Уильям, занятый управлением поместьем, проводил дни в конторах шахт, совещаясь с управляющими или объезжая поместье и неожиданно появляясь, чтобы найти среди слуг бездельников и разгильдяев.

За мелкие проступки он наказывал кнутом и немедленным изгнанием из поместья. По вечерам возвращался в большой дом и проводил час с отцом, прежде чем ровно в восемь часов сесть за ужин.