Онлайн книга Муссон

 — Где нам найти этого человека? Как его зовут?

— Я не знаю ни его имени, ни лица, но узнаю, когда увижу.

На следующее утро они сошли на берег. От бараков, где живой товар запирали на ночь, на рынок двигались первые цепочки рабов.

Как и в случае всех других товаров в это время года, выбор был невелик: предлагалось всего две сотни образцов. А ведь когда «Ласточка» только пришла, ежедневно выставляли по нескольку тысяч человек. Большинство оставшихся были старыми и тощими, со следами болезней, в шрамах от хлыста. Таких рабов покупатели сторонились: это означало, что они неисправимы или необучаемы.

В рядах рабов Том заметил двух или трех человек, которые показались подходящими: высокие, сильные, с героической внешностью, несмотря на цепи. Но когда он брал Аболи за руку и вопросительно смотрел на него, тот отрицательно качал головой.

— Ничего? — уныло спрашивал Том. Мимо провели последних рабов, и Аболи ни к одному не проявил интереса.

— Наш человек здесь, — возразил Аболи, — но работорговцы следят за нами, и я не мог выказать интерес.

Рабов развели по местам вокруг площади, и каждого приковали к столбу. Хозяева заняли места в тени. Это были богатые, сытые, роскошно одетые люди; сопровождавшие их личные рабы варили им кофе и подавали кальяны. Заслонив глаза, продавцы украдкой наблюдали за Томом и Аболи, которые медленно обходили площадь.

Аболи остановился у первого прилавка и осмотрел одного из невольников, рослого мужчину, воина, судя по внешности. Работорговец открыл ему рот, чтобы показать зубы, словно это была лошадь, и пощупал мышцы.

— Не старше двадцати лет, эфенди, — сказал араб. — Посмотри на его руки. Он силен, как буйвол. Проработает еще тридцать лет.

Аболи заговорил с рабом на одном из лесных диалектов, но тот смотрел на него тупо, как животное.

Аболи покачал головой. Они прошли к следующему прилавку, и там церемония повторилась.

Том понял, что Аболи постепенно приближается к тому, кого наметил с самого начала. Он посмотрел вперед, пытаясь догадаться, кто это, и с неожиданной уверенностью узнал его.

Голый, если не считать короткой набедренной повязки, малорослый, с худым жилистым телом. Ни следа жира или мягкой плоти. Густые лохмы, как у дикого зверя, но глаза блестящие и пронзительные.

Постепенно Том и Аболи приближались к группе, в которой стоял этот человек, и Том старательно разыгрывал незаинтересованность. Они осмотрели еще одного мужчину и молодую девушку, потом, к досаде хозяина рабов, сделали вид, что уходят.