Онлайн книга Мы сделаем это вдвоём

А сейчас все ручьи позамерзали до конца весны, и по берегу озера тоже образовалась устойчивая ледяная корка. Наша закрытая бухта замёрзла вся, мальчишки уже даже по льду бегают, и чтобы попасть в открытую воду, использовали пирс, выходящий наружу, устроенный с противоположной от нашего берега стороны бухты. С него утром отплывали рыбаки, к нему подходили возвращавшиеся домой издалека торговые люди, и те смельчаки, кто пока ещё отваживался заглядывать в гости. Местные поговаривали, что недели две ещё можно будет подплыть, а там уже и всё, только сидеть и ждать, пока море встанет на зиму окончательно, и случится это где-то к Рождеству.

Так вот, это я про воду, на самом-то деле. Как вода стала замерзать, то призывать её магически для наших бытовых нужд стало напряжно. Она призывалась, конечно, но трудно и помалу, а мы уже привыкли – что без ограничения. Ещё немного – и будем, как все, ходить до проруби с вёдрами. Ну, или не сами ходить, но постояльцев каких-нибудь посылать.

Постояльцы от Егора Ильича прожили у нас на лавках три дня и делали всё, что им было велено. За постой рассчитались припасами, и кроме того, ещё принесли, чтоб было, чем их кормить, пока тут у нас живут. И как раз не отказывались ни дров наколоть, ни за водой сходить до берега. Понимали, что без этого – никак.

- Понимаете, господин маг, - говорила Меланья, - чтобы наполнить бочку, приходится выложиться почти что досуха, а это же непорядок!

- Отчего же непорядок? – изумился он. – Здесь в ваших краях даже просто жить и то труднее, чем в более благословенной местности, а уж про магические силы и говорить не приходится!

- Не такие и плохие края, - пожала я плечами.

- Спорить не буду, здесь весьма живописно. Но этот живописный край не был предназначен Великим Солнцем для того, чтобы в нём жили люди, поверьте!

- Вы же сами говорили, господин Асканио, что Фаро – тоже не та самая земля, где хорошо жить. Что там каждая пядь земли отвоёвана у моря, и море то и дело норовит забрать её обратно, - сказал вдруг молчавший до того Северин.

- То Фаро, с Фаро не сравнится ни одно место на земле! Это величальная песнь человеческим умениям, мудрости, изобретательности и магической силе! – произнёс Асканио с таким видом, что мне едва не сделалось стыдно за своё незнание.

- Знаете, господин Асканио, лично я считаю, что здешняя жизнь – это тоже величальная песнь. Стойкости, мужеству, изобретательности, и может быть, чему-то ещё, - сказала я.