Онлайн книга Освобожденный любовник

— Я так и думал. И за эти заслуги, я приведу тебе женщину.

И в самом деле, ему привели женщину, от которой он питался. Превращение было жестоким, долгим и изнуряющим, и когда все закончилось, он перетащил свой тюфяк, а вместе с ним свои руки и ноги на холодный пол пещеры, чтобы охладить свое тело, как охлаждают мясо животного после забоя.

И после превращения, хотя его член был тверд, женщина, которая была вынуждена кормить его, не хотела с ним связываться. Она лишь дала ему достаточное количество крови, необходимое для изменения, и оставила его в процессе видоизменения его костей и мышц.

Дар.

Он хотел бы быть чьим-то даром. Дары ценили, о них заботились, их защищали. Дневник Дариуса был даром для Ви, даритель, может быть, не знал, что, оставляя дневник — он сделал добро, но все же.

Дар.

Когда тело Ви закончило изменяться, он заснул, и проснулся оттого, что очень хотел мяса. Его одежда порвалась во время перехода, поэтому он завернулся в лохмотья и босиком пошел на кухню. Ничего особо там не было: он сгрыз бедренную кость, нашел несколько хлебных корок, съел горсть муки.

Он слизал белый остаток с ладони, когда сзади послышался голос отца

— Время драться.

— О чем ты думаешь? — спросила Джейн. — Ты так напряжен.

Ви вернулся в настоящее. И почему-то не стал врать.

— Я думал о своих татуировках.

— Когда они появились у тебя?

— Почти три века назад.

Она присвистнула:

— Боже, ты живешь так долго?

— Могу еще дольше. При условии, что я не погибну в бою, и вы, глупые людишки, не взорвете земной шар, я буду дышать еще семь сотен лет.

— Ничего себе. Это дает совершенно новый смысл для ААП98, — она подалась вперед: — Поверни голову. Я хочу посмотреть на чернила, на твоем лице.

Взволнованный воспоминаниями, он выполнил ее просьбу, не в силах придумать, почему он не должен этого делать.

Она опустила руку, не касаясь его.

— Их ведь кто-то нанес тебе, да? Вероятно, одновременно с кастрацией, не так ли?

Ви внутренне отшатнулся, но не отодвинулся от нее. Он терпеть не мог всю эту жалостливую женскую хрень, но дело было в том, что Джейн лишь выдала голые факты. Прямо, так что и он мог излагать факты прямо.