Онлайн книга Нарисуем, будем жить

— Ну, хорошо, — скромно потупилась и улыбнулась: — Значит до вечера?

— Почему до вечера? — снова удивился Риннард.

— Вы же тут всех знаете, что вам стоит квартиру найти до вечера? — в свою очередь удивилась я.

— Не надо торопиться, — глава управления поправил воротник рубашки и, предупреждая мои негативные высказывания, пообещал: — Давайте завтра. Уж очень вы быстрая.

Я солнечно улыбнулась Коршуну затем повернулась к Риксону и радостно сообщила:

— Вот видишь, а ты сомневался, что карета счастья работает. Стоило в нее сесть, и королевский юрист буквально на ходу решил все мои вопросы.

"Сбоку раздался рык дяденьки, который зажал конфетку. Хорошо, что доехали до ресторана и Тимка остановился, а то лорд Коршен вышел бы из кареты так же как и вошел. На ходу. А так просто спрыгнул без всякого риска для жизни, отмахнулся от моего предложения пообедать в теплой компании и быстрым шагом удалился. Я посмотрела на друзей и, пожав плечиками, невинно произнесла:

— Чудеса! Только не поняла, он конфетку купит?

Парни наконец дали выход своим эмоциям и дружно расхохотались.

День прошел замечательно, и в общагу я возвращалась с предвкушением, что это последняя ночь в академии. Завтра Коршун найдет квартирку, я, наконец, переселюсь и перестану быть для ректора бельмом на глазу. А еще мою сумку приятно и очень чувствительно отягощало первое жалование, выплаченное за начало романа.

Федю застала распластавшимся на кровати и корпящим над своим альбомом. Юный ребусист во всей красе, значит, точно не скучал.

— Федя, ты не рад? Пиши, пиши.

— Миня вазмеш — накоряболо щупальце, дернулось и приписало два мягких знака и один вопросительный. — Правилна?

— Почти. Конечно, возьму. Думаю с твоими способностями перемещаться, проблем возникнуть не должно. Или тебя родители не отпустят?

— Вазмеш ура! Нету радитилей

— Как нету? Совсем?

— Здес нету мы сами

Как сами? Мне казалось, что Федя маленький и не дорос еще до самостоятельных перелетов.

— Федя, а сколько тебе лет? — вкрадчиво задала вопрос.

— Па фиронски?

— Ну, разумеется. По-другому я вообще не пойму.

— Двести пят

— Как двести пять? Тебе двести пять лет!? — я подпрыгнула на стуле и удивленно уставилась на фликуса словно увидела в первый раз.