Онлайн книга Нарцисс в цепях

Натэниел попытался точно так же содрать с меня джинсы. Сверху ему это удалось, но вес Дамиана держал меня под водой, и у Натэниела там не было хорошего упора. Ашер подоткнул полотенце как можно надежнее и осторожно влез в воду. Встав на колени, он обнял меня и Дамиана и поднял, встал, держа нас на весу. Я все еще касалась дна, но Ашер держал вес нас обоих, потому что ноги у меня не работали. И держал он без усилий."

"Натэниел взялся за края разрыва и потянул. Тяжелая мокрая ткань разорвалась со звуком раздираемой плоти, но громче — мокрый и резкий звук.

Я ощутила голой кожей воздух и поняла, что вместе с джинсами Натэниел сорвал с меня и трусы, но мне было все равно. Воздух на коже был все так же удушающе горяч. Я не могла дышать. Последнее, что я помню, — мысль, что я сейчас отключаюсь. Потом — ничего.

Глава 58

Очнулась я на краю ванны, одна рука была в воде, с Дамианом. С головы до ног меня покрывали холодные мокрые полотенца.

— Как ты себя чувствуешь?

Мне пришлось подумать, чтобы ответить:

— Лучше. — Он стал менять полотенца у меня на теле, и я поняла, что на мне совсем нет одежды. — Сколько я пролежала в отключке?

— Недолго, — сказал Ашер, разглаживая полотенце у меня на ногах.

Я посмотрела на сидящего в воде Натэниела, держащего Дамиана у края, чтобы вампир за меня не схватился.

— Никогда не видел, чтобы оборотень падал в обморок от жары, — сказал он.

— Все бывает в первый раз, — ответила я.

Дамиан медленно повернул голову ко мне. Глаза его были чистыми, светлыми, снова живыми. Они были цвета изумрудов и без вампирской магии — таков был у них природный цвет, будто его мать согрешила с котом. У людей такого цвета просто не бывает.

Я ему улыбнулась:

— Ты лучше выглядишь.

— Я напитался.

Я посмотрела на Натэниела — тот повернул голову, показывая следы на шее.

— Кажется, я могу обойтись без поддержки, — сказал Дамиан.

Натэниел вопросительно посмотрел на Ашера, который, наверное, кивнул, потому что Натэниел отодвинулся. Дамиан пристроился ко мне поближе, все еще прижимая к груди мою руку, но теперь легонько. Одной рукой он придерживал меня за запястье, другой гладил руку.

— Я слышал, что ты — мой Мастер.