Онлайн книга Бог возмездия (ЛП)

Я чувствую исходящее от него напряжение и знаю, что он без колебаний бросится в бой, если что-то пойдет не так.

Охранник у лестницы качает головой в сторону Карло, и я бросаю на ублюдка мрачный взгляд.

— Куда я, туда и он.

— Пусть идет, — рявкает Кристиан у подножия лестницы.

Я спускаюсь вниз и иду за Кристианом в комнату. Он распахивает дверь, и я оглядываю пятерых молодых девушек, которых, похоже, накачали наркотиками.

Отвращение пробегает по моей коже, но, не показывая никаких эмоций на лице, я разворачиваюсь и иду обратно к вертолетной площадке.

Подойдя к Дарио, я вижу вопрос в его глазах, поэтому качаю головой.

— Уходим. Мы зря теряем здесь время.

Мы все забираемся обратно в вертолет, и когда он поднимается в небо, я потираю пальцами пульсирующую в висках головную боль.

У меня звонит телефон, и, думая, что это один из моих людей, я вытаскиваю устройство. Не узнав номер, я принимаю вызов и прижимаю телефон к уху.

Но очень удивляюсь, услышав голос Габриэллы:

— Дамиано? Ты здесь?

От одного звука ее голоса напряжение в моих плечах немного спадает, и это застает меня врасплох.

Когда я поцеловал ее, чтобы проверить, насколько сильно между нами влечение, я чуть не потерял голову от силы поцелуя. Я не целовался с женщиной с тех пор, как мне исполнилось двадцать с небольшим, и ощущение дрожащих губ Габриэллы на моих губах поглотило меня.

Мне пришлось заставить себя прервать поцелуй и уйти, чтобы не трахнуть ее прямо там, на террасе.

Господи. Мне все еще нужно организовать для нее уроки стрельбы.

Не желая разговаривать с ней в присутствии Анджело и Дарио, я бормочу:

— Я занят.

Она спрашивает обеспокоенным голосом:

— Мы поговорим о том, что произошло между нами?

— Нет.

— Серьезно? — Теперь ее тон звучит более напряженно. — Ладно. Ты отправишь меня обратно к родителям?

Господи. Я чувствую, как Анджело и Дарио смотрят на меня.

Мне нужно закончить разговор, поэтому я ворчу:

— Нет.

— Тогда давай поговорим о поцелуе, — требует она.

Не желая, чтобы о нашем поцелуе узнали другие мужчины, я снова бормочу:

— Нет.

— Дамиано, — говорит она. — Ты не можешь оставить меня в неопределенности. Поговори со мной.

Я подавляю вздох.

— Нет."

"— Это все сложно для меня. Я не могу продолжать жить, когда моя жизнь висит на волоске.

Блять. Я даже не подумал о ее чувствах.

Сожаление закрадывается в мою грудь; это чувство мне чуждо и неприятно.

— Я знаю, — выдавливаю я из себя.