Онлайн книга Империя Страсти (ЛП)

В следующий раз ты наденешь на меня ошейник.

Его глаза сверкают, как когда он думает о чем-то озорном.

— Только не говори мне, что думаешь об этом?

— Не об ошейнике, нет. — его голос падает. — О кольце.

— О каком кольце?

— Об обручальном.

Я захлебываюсь собственной слюной, мое сердце едва не вырывается на свободу из-за грудной клетки.

— Ты… ты шутишь?

— Разве похоже, что я шучу?

— Ты хочешь жениться на мне?

— Конечно, хочу. А ты думала, к чему это приведет?

— Я… не знаю.

— Ну, теперь знаешь. — он берет меня за горло, его пальцы впиваются в плоть.

— Это предложение?

— Смотря какое. Ты собираешься сказать «да»?

— Ты такой хрен, даже когда делаешь предложение.

— Но я твой хрен. В прямом и переносном смысле.

Я улыбаюсь.

— Знаешь, я никогда не думала о свадьбе. Но я хочу этого с тобой.

Его зеркальная улыбка ослепляет, когда он притягивает меня ближе.

— Это потому, что ты умна, как дьяволица, дорогая.

И затем он завершает предложение поцелуем, вызывающим покалывание.

Эпилог

Кингсли

1 год спустя

За все время моей работы в качестве адвоката по уголовным делам, «дикого дьявола» СМИ и неприкасаемого бога юридического сообщества, я никогда не упускал возьможность прочесть чьи-либо мотивы.

И все же нынешняя ситуация заставляет меня делать такие выводы, с которыми я никогда раньше не сталкивался.

Хуже всего то, что я не думаю, что мое обычное решение бить или запугивать, пока это не разрешится само по себе, сработает на этот раз.

— Может, нам стоит обратиться к экстрасенсу, — объявляю я Нейту и Гвен, пока мы сидим в моей гостиной.

Или они сидят.

Я мечусь, как загнанное в клетку большое гребаное животное, и маниакально щелкаю Зиппо.

Марта, которая принесла свежие напитки, бросает на меня взгляд «Ты в своем уме?» и уходит.

Нейт закатывает глаза, поглаживая руку Гвен, лежащую у него на коленях, а я даже не могу настроиться на «я убью похитителя дочери».

— За твое сумасшествие?

— За твое предстоящее убийство, — отвечаю я.

— Просто пойди и поговори с ней, папа, — говорит Гвен, очевидно, голос разума во всей этой ситуации. — Мама заперлась в вашей комнате и уже два часа отказывается с кем-либо разговаривать. Наверняка ты знаешь, как заставить ее заговорить.

В этом-то и проблема. Не думаю, что я, блядь, могу, не в этой ситуации, по крайней мере.