Онлайн книга Любовь во тьме (ЛП)

Его громкость никогда не опускается ниже уровня ""разгневанный генерал армии"", независимо от темы разговора, так что, я думаю, он бы сказал, что мы просто ведем дружескую беседу. Его приветствий ""доброе утро"" достаточно, чтобы заставить вас выпрыгнуть из собственной кожи, если вы не готовы к ним.

Я делаю неровные вдохи, но такое ощущение, что кислород не попадает в мои легкие.

Ему все равно.

- Перестань стоять там. Двигайся! Ты никогда не выиграешь, если будешь продолжать вести себя так лениво и эгоистично.

Вытирая влажные руки о шорты, я сажусь на корточки и запускаю пальцы под обод двухсотфунтовой шины. Моя хватка ослабевает прежде, чем я успеваю поднять ее, и я падаю навзничь на задницу.

-Еще раз, - приказывает тренер Крав, не обращая внимания на мое измученное состояние. - Неловко. Чемпионы Франции могут делать это во сне .

Я приседаю и снова хватаюсь за шину, сжимая живот и упираясь пятками в землю, пытаясь справиться с весом. Я меняю хватку на нижнюю.

Пот стекает мне в глаза, ослепляя меня. С трудом я переношу вес на себя. Мне просто нужно поднять его и снять, перевернув.

Я делаю это уже в десятый раз, и мне больше нечего отдать. Я чувствую слабость. У меня кружится голова, зрение затуманивается, мышцы ноют, но я не потерплю неудачу.

-Неудача не входит в лексикон Мацуоки, Нера. Если ты потерпел неудачу, значит, ты недостаточно этого хотел, недостаточно старался .

Слова моего отца эхом отдаются в моем мозгу, когда я делаю глубокий вдох, приседая, готовясь перевернуть колесо.

- Ты собираешься оставаться такой вечно или собираешься что-нибудь предпринять? - Тренер Крав усмехается, наклоняясь так, что его лицо оказывается в нескольких дюймах от моего.

Я ненавижу этого мудака.

Мои ноги начинают неистово дрожать под тяжестью груза, руки сводит судорогой, когда они пытаются удержать шину.

С усилием стиснув зубы, я собираю последние остатки своих сил, издаю животный вопль и отталкиваюсь от каблуков.

Мой вес отрывается от земли, мои руки вытягиваются, когда они толкают шину, и я наблюдаю со смесью самодовольного удовлетворения и облегчения, когда шина переворачивается, приземляясь с громким хлопком.

У меня нет ни секунды отдыха.