Онлайн книга На все руки доктор

— Принесите кипяток и чистые тряпки, — обратилась к мужику в картузе. — Дафина, расчехляй свои сборы. Нужно будет продезинфицировать раны.

Хорошо работать дружной командой, а не когда каждый тянет одеяло на себя. В Грите и Вале я не ошиблась: расторопные и толковые ребята.

— Пи-ить… — вдруг простонал один из пациентов. — Ради Пресветлой… пи-ить…

Дафина поднесла к его губам плошку с водой и помогла приподнять голову. Состояние у пострадавших было разное. Повезло хотя бы, что живы остались. А теперь мы их вытянем.

Мальчишки срезали ножницами грязные тряпки, которые рабочие использовали вместо бинтов, чтобы перемотать своих товарищей.

Один получил сотрясение и огромную сине-фиолетовую шишку во весь лоб. Второму раздробило стопу упавшим бревном. У остальных были переломы конечностей и ребер, порезы, царапины, гематомы.

Уж не знаю, что за дурман-трава такая, но она ввела их в глубокий сон. Один мужчина выглядел особенно тяжелым, дышал часто и поверхностно.

— Ну-ка, ребята, помогите мне с ним.

Работа закипела.

К вечеру мы сделали все, что только могли сделать в этих условиях. Пострадавшие были перевязаны, переломы зафиксированы, обезболивающее роздано всем нуждающимся, потому что действие дурман-травы сошло на нет.

— Ваше сиятельство, — обратился ко мне уже знакомый мужик в картузе, успевший протрезветь. Оказалось, что это бригадир. — А можно… можно вас попросить?

Мы вышли на свежий воздух.

— О чем?

— Вы… — он снова замялся и глянул на меня с затаенной надеждой. — Вы поговорите с графом Локом? Чтобы он… чтобы он не жадничал так. Рабочие-то у нас хорошие, но… оборудование старое, опасное. Мы и так, считай, за кров и еду лишь работаем. А у нас семьи, детишки, родители старые.

Меня обуяла злость. Жлобы проклятые, аристократы эти. Самих бы их… на сухари и воду посадить. И на работу опасную отправить.

А бригадир продолжал:

— И работаем по двенадцать-четырнадцать часов кряду.

Я посмотрела ему в глаза и твердо ответила:

— Я поговорю. Но сначала мы должны убедиться, что все пострадавшие идут на поправку. Как вы понимаете, я не могу оставить их здесь. Некоторым оказать весь объем жизненно необходимой помощи в этих условиях невозможно. Заберем их в замок, где мы с помощниками будем за ними наблюдать.