Онлайн книга Новогоднее чудо для миллиардера (СИ)

Но вот она я, Нина Ежова, уверенная в себе мать-одиночка, не побоявшаяся встретить Новый Год в селе, в компании только дочери, и мои колени… Они как желе! А я… словно клубничный пудинг, дрожу от того, как близко ко мне стоит красивый, высокий мужчина.

Одна его рука крадется на мою талию. Я понимаю это и… проклинаю себя за желание остаться на том же самом месте, на котором происходит нечто невероятное.

Очнись, Нина! Тебя же не околдовали…

С большим трудом собираю волю в кулак и отхожу!

Алексей продолжает на меня смотреть.

"К тому же я улавливаю протяжный, довольно громкий, разочарованный выдох. Эй, не думал же он, что склеит меня за секунду?

Возмущенно смотрю на него и говорю, неожиданно перейдя на “ты”

— Остынь! Будешь лапы ко мне тянуть, мигом выгоню тебя охладиться… В сугроб!

Другой бы смутился и принялся оправдываться, извиняться… Может быть, как-то попытался сгладить острые углы.

Кто-то другой — может быть.

Но только не бозик, Алексей Кравцов.

Мой взгляд он выдержал с достоинством, будто я в него не плеснула возмущением.

— Так кто отец?

— Какая тебе, к черту, разница?!

— Так…

Алексей снова смотрит в сторону Лели.

— Твоя дочь кое-кого мне напомнила, поэтому спрашиваю. Может быть… кхм… я с ее отцом был близко знаком?

— Вряд ли.

— Но ты даже не сказала, кто он.

— И не обязана, — дергаю плечом. — Разве нет?

— Просто интересуюсь. Это так сложно?

— Отца Лели нет в живых. Ясно? — отвечаю резко.

Снова он ничем не смутился и не поспешил принести извинения или хотя бы сказать “сочувствую, примите мои сожаления”

Ничего подобного!

Он просто приподнимает свои ровные, темные брови домиком — точь-в-точь, как моя Леля, и спрашивает:

— Уверена?

Кажется, я переоценила его.

— В чем, прости, я должна быть уверена? Я уверена в одном, что ты не имеешь права задавать подобные вопросы. Все-таки, гость здесь — ты. Поэтому веди себя скромнее!

— Хорошо увиливаешь от ответа, Нина.

В глубине моей грудной клетки рождается звук, очень сильно похожий на клекот возмущенный мамы-орлицы, вокруг семейного гнездышка которой начал ползать очень привлекательный и крайне подозрительный змей!

— Отец Лели — мертв. Я уверена в этом, потому что он погиб у меня на глазах. Это все, что ты хотел знать?

Вытерев руки о полотенце, я швыряю его на спинку стула, резко отхожу в сторону.

— Стой!

Пальцы Алексея снова на мне. Теперь на локте. Прожигают кожу.