Онлайн книга Отбор для дракона (СИ)

Послушная, молчаливая и нетребовательная. Но Генриха этот вариант совершенно не устраивал.

– Жива… Думаю, что жива.

– Мне нужна правда, барон. Говорите, в чем дело, если не хотите, чтобы я немедленно дал ход вашим векселям.

– Нет! Мелани… – Он замялся, потом выпалил: – Я не знаю, где она.

– То есть как не знаете? Вы отец или кто?"

"– Она… Наверное, у нее рассудок помутился на радостях. Когда я зашел пожелать дочери спокойной ночи, окно оказалось открыто, а Мелани нигде не было.

– На радостях, значит, – процедил Генрих.

– Говорю же, рассудок наверняка помутился…

Граф подавил желание подправить барону свернутый набок нос. Потом убить, поднять и упокоить снова.

– Где она может быть? У родни?

– У нас не осталось родни.

– Подруги? Любовник?

Элмер вскинулся:

– Моя дочь – порядочная девушка! Я хорошо ее воспитал!

– Вам я не доверил бы и черепашку воспитывать, – отрезал граф.

Мелани действительно производила впечатление чистой и доброй девушки, но едва ли в этом была заслуга ее отца.

Или он, ослепленный последним в жизни настоящим чувством, идеализирует предмет своих воздыханий, точно впервые влюбившийся юнец?

– Как давно ее нет? К кому вы обращались за поисками?

– Ни к кому, – промямлил барон. – Это бросило бы тень на нашу семью…

– И, не ровен час, заставило бы меня разорвать наш договор? – ухмыльнулся Генрих. – Лучше лгать, будто она болеет, и тянуть время.

Элмер не ответил, но и так все было ясно.

– Назовите мне имена ее подруг, – велел граф.

– Я не знаю… У нее нет подруг! Ей не к кому идти!

Юная барышня без подруг? Девушка, которой не с кем посплетничать, не с кем поделиться секретами? Такая девушка посвятит себя семье без остатка, но звучало это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Наверняка Элмер просто не интересуется жизнью дочери. Хотя в этом его можно понять: мужчина, что он может обсуждать с ней? Новые фасоны платьев или модный в этом сезоне цвет румян? Коралловый, к слову.

– Ясно. – Граф отодвинул Элмера в сторону, вернулся в дом. Поклонился целительнице: – Госпожа Бекман, приношу свои извинения. Вышло недоразумение. Пойдемте, я отвезу вас домой и, разумеется, компенсирую беспокойство.

Всю дорогу они молчали. Целительница обладала редкой для женщины способностью придержать язык, когда не о чем говорить, а Генрих лихорадочно размышлял.