Онлайн книга После

Он закусывает кольцо в губе и засовывает руки в карманы.

– Кажется, ты не пьешь, но при мне уже второй раз напиваешься.

– Всего второй раз. Холодно, – говорит он, протискиваясь мимо меня, и плюхается на кровать. – Так почему же Ной не пришел?

– Не знаю, – вру я.

Он несколько раз кивает, серьезно глядя на меня.

– Конечно. В Gap, наверное, распродажа кардиганов, поэтому он отменил свидание.

Он смеется так заразительно, что я не могу не улыбнуться.

– А где же Молли? На распродаже в «Стрёмномаркете»?

Хардин на мгновение замолкает, а потом хохочет еще громче.

– Это была ужасная попытка подколоть меня, Тереза, – говорит он, и я пинаю ногой по ноге, свисающей с кровати.

– В любом случае тебе здесь оставаться нельзя, мы с Ноем снова вместе.

Улыбка гаснет, и Хардин вытирает руки о колени.

– Хорошая пижама, – говорит он, и я смотрю себе под ноги.

С чего это он такой вежливый? Мы ничего не решили. И, насколько я помню, хотели держаться подальше друг от друга.

– Хардин, ты должен уйти.

– Дай угадаю: одно из условий вашего примирения – ты перестаешь со мной общаться? – Теперь он говорит совершенно серьезно.

– Да в последнее время мы с тобой и так не были друзьями и даже особо не общались. Почему ты бросил литературу и зачем подрался с Лэндоном?

– Почему ты всегда задаешь столько вопросов? – стонет он. – Я не хочу об этом говорить! Что ты и твоя клевая пижама делали, пока я не пришел, и почему не горит свет?

Пьяный Хардин гораздо веселее; интересно, почему он начал пить.

– Я смотрела кино, – отвечаю я; может быть, если я буду спокойней, он ответит на мои вопросы.

– Какое?

– «Клятву», – говорю я и слежу за его реакцией.

Я жду, что он засмеется – так и есть.

– Тебе нравятся такие сопливые фильмы? Он нежизненный.

– Он основан на реальных событиях.

– И все равно он дурацкий.

– Ты его смотрел?

Он качает головой.

– Мне не надо смотреть, чтобы понять, глупый фильм или нет. Я могу прямо сейчас сказать, чем все закончится: она снова все вспомнит, и они будут жить счастливо, – говорит он неестественно театральным тоном.

– Нет, на самом деле не так, – смеюсь я."

"Большую часть времени Хардин сводит меня с ума, но сейчас – тот редкий момент, когда я забываю, каким неприятным он иногда бывает. Забыв, что должна его ненавидеть, швыряю в него подушкой Стеф. Он дает попасть в цель, хотя легко мог бы закрыться, и пищит, что серьезно ранен, – и мы снова смеемся.

– Можно я останусь и посмотрю кино вместе с тобой? – то ли просит, то ли требует он.