Онлайн книга Яков. Воспоминания (СИ)

Лиза усмехнулась и, слегка заигрывая со мной, пересела на диван, и приняла завлекающую позу:

— Так я могу распорядиться вместо нее! Чего Вы желаете?

Похоже, пьяна она сильнее, чем мне сперва показалось. Потому что в этом заведении все уже знали, что я прихожу только по делу и услугами барышень не пользуюсь никогда.

Я заговорил с ней строго, не обращая внимания на ее призывные жесты:

— В какой комнате проживала мадемуазель Григорьева?

— Проживала? — слегка встревоженно поинтересовалась Лиза. — А что с ней?

— Убита.

Это слово подействовало как заклинание. Лиза сделалась серьезной, села по-человечески. А в следующую минуту зарыдала в голос, на весь дом."

"На ее крик и рыдания немедленно выбежала из своей комнаты встревоженная Аглая Львовна, Маман этого заведения. Взглянула на рыдающую Лизу, затем на меня:

— Яков Платоныч? Что-то случилось?

— Ваша подопечная, мадемуазель Григорьева, убита, — ответил я ей. — Комнату ее покажите.

Аглаю Львовну заметно огорчило принесенное мною известие. Но, будучи женщиной весьма сдержанной, она никак более не проявила своих чувств и жестом предложила мне следовать за ней.

Я осматривал комнату Жени, мало чем отличавшуюся от комнат других девушек, а Аглая Львовна, присев на кровать, рассказывала:

— Женечка часто ездила на могилку к своей матери. Я ее отпускала. Я, знаете ли, относилась к ней по-особенному!

— И что ж такого особенного в ней было, позвольте полюбопытствовать? — поинтересовался я.

— О! От нашей Графини многие голову теряли! — со значением произнесла Аглая Львовна.

— Отчего же? — спросил я ее.

Подобное заявление и вправду было странно. Всем известно, что тайная мечта любой девушки заведения — покинуть дом терпимости и зажить обычной жизнью. Правда, обязательно жизнью обеспеченной при этом.

— Знаете ли, вкусила тяжелой жизни, — пояснила Аглая Львовна. — Она всегда была роковая!

— Денег при ней совсем никаких обнаружено не было, — сменил я тему.

Маман удивилась весьма:

— Да? Но она этим не была обделена, поверьте! Самая дорогая девочка моя!

Вот теперь в голосе Аглаи Львовна чувствовалось весьма заметное и очень искреннее огорчение.

Я продолжил расспросы:

— Вы всех ее гостей знаете?

— Последний месяц, — сообщила мне Аглая Львовна, — можно сказать, что она была на содержании. Всего один гость посещал.