Онлайн книга Яков. Воспоминания (СИ)

Постепенно и мне удалось завоевать его доверие, особенно когда я пообещал, что поймаю Леонида, и он больше никому не причинит вреда. Мальчик очень переживал из-за смерти Пахомовны и боялся за Бенцианову. Я обещал защитить «добрую барыню», и он согласился поехать в управление и все рассказать. Здесь он и провел эту ночь. Мы поселили его в камере, хоть и не запирали. Анна Викторовна принесла гору снеди, которой бы хватило на целый полк. Да и городовые подкармливали мальчишку всякими вкусностями, кто на что горазд.

— Скажи-ка, Ваня, — спросил я его мягко, — эти люди тебя в дом подослали? Наказали ту барыню матушкой величать?

Он кивнул молча, боясь даже глаза на них поднять. Я чуть сжал его плечо, напоминая, что я здесь, и ему ничего не грозит.

— А ты ведь потом в дом сам стал наведываться? — продолжал я его расспрашивать осторожно.

Он снова кивнул.

— Барыня добрая, — произнес он тихо.

— А Пахомовна?

— И Пахомовна добрая, — сказал он. И добавил со вздохом: — Была.

— А что ты Пахомовне рассказал? — спросил я его.

Он наконец-то набрался смелости, взглянул на сидящих перед ним преступников.

— Что они меня к барыне этой подсылают.

— Еще что видел? — я тихонечко гладил его по плечу, успокаивая, утешая.

— Ленька Пахомовну по голове ударил, — сказал Ваня.

— Брехня это! — взвился Леонид.

К нему кинулся городовой, усадил на место.

— Молчи! — крикнул я ему, крепче прижимая к себе вздрогнувшего Ваню.

— Скажи, — обратился я к мальчику, — а вчера на чердак он зачем к тебе приходил?

— С ножом приходил, — ответил Ваня. — Я видел.

— Ты что! — заорала на Леонида Сусанна. — Это же ребенок!

— Сдохну я скоро, вот что! — выкрикнул он ей в ответ сквозь кашель.

Я передал Ваню городовому. Хватит с мальчика этих впечатлений. Тот вывел его из кабинета, заботливо обняв за плечи.

"Несколько дней спустя я пил чай в доме помещицы Бенциановой. Напротив меня, умытый и аккуратно подстриженный, уплетал пряники Ваня. Антонина Марковна, помолодевшая как минимум на десять лет, смотрела на него с умилением. Ее было не узнать. Исчезла недовольная всем старуха. А на ее месте появилась энергичная женщина, хоть и в возрасте, готовая всю себя посвятить любви к ребенку.

Я отвел ее в сторону, чтобы не смущать мальчика.