Онлайн книга Магистр дьявольского культа

Лань Сычжуй оказался в весьма затруднительном положении, однако в конце концов всё же решился нарушить правило Ордена Гусу Лань, запрещающее лгать, и соврал молодому господину Циню о том, что Учитель Вэй захворал и сейчас нуждается в отдыхе. В любом случае, он ведь не мог сказать правду о том, что «Учитель Вэй хочет ещё поспать, поэтому Ханьгуан-цзюнь велел вам ждать в одиночестве»…"

"Вэй Усянь проспал до позднего утра, и только после того, как Лань Ванцзи совершил все привычные процедуры, включая объятия и массаж, с огромным трудом поднялся и с закрытыми глазами совершил утренний туалет, в процессе по ошибке надев на себя нижние одеяния Лань Ванцзи.

Теперь из-под верхних одеяний на добрые пару цуней торчали белые рукава, закатанные несколько раз, являя собой вопиющую небрежность. К счастью, молодой господин Цинь плевать хотел на то, насколько аккуратно выглядят заклинатели — он просто схватил их и потащил за собой.

Главные ворота имения Цинь оказались плотно закрыты.

Молодой господин Цинь постучал по ним массивным дверным кольцом и, отложив приветствия и любезности в сторону, сразу перешёл к делу:

— Вчера, удостоившись чести получить ценные указания от уважаемых заклинателей, я несколько успокоился, но всё же не нашёл в себе желания отправиться спать. Я остался в главном зале, запер двери и предался ночному чтению, прислушиваясь к шуму снаружи.

Очень скоро главные ворота открыл слуга, и трое вошли во двор.

Но едва переступив порог и спустившись по ступеням, Вэй Усянь на мгновение застыл.

Ему открылась поразительная картина — двор был усеян ярко-красными следами ног.

Молодой господин Цинь страдальчески произнёс:

— Вчера ночью эта тварь явилась снова, принялась царапать и колотить по воротам. Шум продолжался почти целый час, у меня от страха едва сердце не выпрыгнуло из груди, как вдруг я услышал треск — засов разломился пополам.

Когда молодой господин Цинь услышал звук разломившегося засова, у него на спине волосы встали дыбом.

Он бросился к дверям главного зала и выглянул наружу через щель в деревянных створках.

В тусклом свете луны вдали виднелись открытые настежь главные ворота имения Цинь, а за ними — человеческая фигура, которая подпрыгивала у входа, словно бревно, к которому приделали пружину.

Однако, пропрыгав какое-то время, она так и не смогла войти внутрь.