Онлайн книга Гадюка в сиропе

Дверь не открывали, я присела на подоконник и закурила, но не успела сигарета задымиться, как лязгнула железная дверь старого лифта, и вышла пожилая дама с довольно тяжелой сумкой.

Поставив покупки у двери, она вытащила ключи.

– Раиса Андреевна! – обрадовалась я.

Пришедшая глянула на меня и спросила:

– Вы ко мне?

– Да.

– Зачем?

– Из собеса, – ляпнула я, не подумавши.

– Откуда? – удивилась дама, распахивая дверь.

– Отдел социальной помощи одиноким пенсионерам, – ответила я и вошла вслед за ней в стерильно чистую, пахнущую полиролью прихожую.

– Ничего не понимаю, – произнесла Раиса Андреевна, – я никуда не обращалась.

– Мы составляем списки одиноких пенсионеров, – пояснила я, – тех, кто нуждается в помощи. Вот, например, у вас в документах какая-то неразбериха. В одной бумаге стоит, будто у вас есть сын, Степан Разин, а в другой указано – проживает одна. Мне велено разобраться.

Раиса Андреевна участливо посмотрела на меня:

– Вот так целый день и мотаетесь, бегаете по чужим людям, небось устали.

– У нас ваш телефон не указан, – горестно вздохнула я.

– Чаю хотите? – предложила Разина.

– С огромным удовольствием, – обрадовалась я.

На большой красивой кухне хозяйка принялась вынимать из сумки продукты. Я глядела во все глаза на покупки.

Отличная ветчина, сыр «Дор-блю» с голубой плесенью, примерно полкило, конфеты «Грильяж», пачка чая «Ахмад», кофе «Черная карта»… Не похоже, что хозяйка нуждается. Словно подслушав эти мысли, она сказала:

– Видите ли, дорогая…

– Евлампия.

– Ах, какое имя, редкое, истинно русское… так вот, милая Евлампия, я, конечно, пенсионерка, получаю каждый месяц положенную от государства дотацию и не собираюсь от нее отказываться. Я заслужила эти гроши честным трудом, всю жизнь преподавая детям в школе английский язык. Очень трудная профессия, нервная и ответственная. Но никакой материальной помощи мне от собеса, слава богу, не требуется. Так и пометьте у себя, лучше отдайте тем, кто нуждается.

– Значит, у вас есть сын, который содержит мать? – Я решила напролом идти к поставленной цели.

Раиса Андреевна шумно вздохнула, налила мне кофе и сказала загадочную фразу:

– Сапожник без сапог, а булочник без пирогов.

– Что? – не поняла я.

– Всю жизнь я проработала учительницей, а одного-единственного, собственного ребенка не сумела воспитать, – вздохнула она, – хотя, наверное, генетика берет верх над воспитанием.

– Не понимаю, – пробормотала я.