Онлайн книга Развод и девичья фамилия

Не принимая его веселья, она отдергивала руку, выворачивалась, щурила глаза и пылала яростью. Он долго ее уговаривал и даже демонстрировал «Агидель» и ее необычайно широкие возможности, и опять хохотал, и опять уговаривал, а потом рассердился.

Что она выдумала, его жена?! Разве он мог изменить ей? Никто и никогда не был ему нужен, только она, и он уверен, что она это знает, как он знал про нее.

Изменяют, когда устают, надоедают, не подходят, когда два разных человека понимают бессмысленность их замкнутости друг на друге, но ведь Сергей с Кирой не были «двумя разными людьми»! Подозревать его в измене казалось так же глупо, как думать, что протез может быть лучше – удобнее, красивее! – чем собственная рука или нога.

Тогда она и выселила его на диван, чего раньше не делала никогда в жизни. От ревности выселила, подумал он с сонной гордостью.

– Сережка!..

– Ну что ты выдумываешь?.. – Вытаращенные глаза стали сами собой закрываться.

– Какая бритва?! – в изумлении спросила рядом Кира, приподнялась на локте – локоть моментально провалился в пухлую обивку – и схватила его за ухо. Он опять вытаращил глаза. – Я тебе говорю – не может быть! Валентина не могла выстрелить в Костика, потому что она к тому времени давно ушла. Не знаю, кого там видели Федот с Василисой!

Ни при чем бритва «Агидель», понял Сергей. Мы давно развелись. Я сплю на диване, потому что спать с Кирой мне больше нельзя.

Да! Костика вчера убили.

– Тебе нужно выяснить, какое отношение Лена Пухова имеет к Костику! Я даже представить себе не могу, какое! Она кто? Ты не помнишь?

– Фотомодель, что ли, – пробормотал Сергей, тщательно отодвигаясь от теплого бока. Отодвигаться было трудно.

– Ну да. Или «Мисс Москва»?

– Шут ее знает.

– Где Костик мог с ней познакомиться?

Диван от его усилий как будто икнул и подло толкнул Сергея прямо на Киру.

– Черт знает что, а не диван, – пробормотал он и потер щеки, – кто его купил?

– Твои родители, – пропела Кира вечным как мир, сладким голосом, каким невестки говорят о свекровиных подарках, – когда мы ремонт сделали. Ты что, не помнишь? Они все приставали, какой мы хотим подарок, а мы все говорили, что ничего нам не надо, и тогда они купили этот диван. Он был самый дорогой в мебельном на Ленинском.

– Точно.