Онлайн книга Завещание

Величину моего гонорара Вы помните? Чем предпочтете расплатиться — золотом, драгоценными камнями?

Маркиз подошел ближе к магу и тихо спросил:"

"— Есть средство, что бы у императрицы случился выкидыш? Я не могу рисковать, вдруг она беременна мальчиком. Деньги вот, — и перекинул магу кожаный туго набитый мешочек, глухо звякнувший при столкновении с рукой мужчины.

— Средства-то есть и не одно, только как Вы подберетесь к Ее Величеству? Видели же, как ее охраняют и наверняка маги проверяют всю еду и питье, что ей подают.

— Какое? Не томите уже!

— У меня есть еще проклятие, заключенное в шарик. Если кто-нибудь сможет подобраться к императрице на расстояние десяти метров и кинет в нее шарик — плод умрет в течение суток. К сожалению, вместе с матерью.

— Меня это не волнует. Скажите, сколько и когда сможете принести?

— Послезавтра. 500 монет.

— Деньги будут вас ждать.

* * *Анрион рыл носом землю, облазил весь дом сверху донизу и наконец, нашел место, откуда Демиана ушла порталом.

Настроив кристалл на тонкий след портала, Анри раздавил шарик и через мгновение очутился на заднем дворе какого-то строения. Беглый осмотр местности подсказку не дал, и мессир пошел поискать кого-нибудь, кто мог бы поделиться информацией о месте, куда дю Гранье переместился. Паренек, на которого Анри почти сразу наткнулся, очень удивился вопросу, но спорить не стал и охотно поведал, что это Тарсвиль, а впереди постоялый двор и таверна Ганса Шруделя.

— Тарсвиль? Это в каком королевстве?

— Это не королевство, — снисходительно усмехнулся мальчик. «Вот это напился, что забыл, где находится!», — это Свободные Земли. У нас нет короля, правит Совет.

— А, хорошо, я понял. Спасибо!

«М-да, вот это Демиану зашвырнуло! Где же она сейчас? Надо вернуться на место перехода и попробовать найти нить. Плохо, что столько времени прошло, след практически истаял, но ничего, надежда все равно есть», — думал Анри, внимательно осматривая все вокруг и прислушиваясь к своим внутренним ощущениям.

Через битый час ползанья по заднему двору таверны он признался себе, что больше никаких следов здесь нет.