Онлайн книга Безбашенная

Он в какой-то командировке и Крис отрывается. Ничего критичного на мой взгляд, но его бы взорвало.

На сцене какой-то девчачий дуэт. И жгут они что-то вальяжное и эротичное. Диджей тут же аппетитно миксует. Их нашел Ожников. И мне хочется врезаться в его пах попкой и немного поотжигать в стиле латина, а потом сорваться с ним в органично встроенный в музыку кач.

Вкусно!!

Я практически вылетела из организации этого действа, утонув в учебе и подхватывая вдруг обрушившуюся на меня, Даню и моего Медика ветку сопровождения гостей города.

Обнимая за талию, Олег уводит меня в нашу нишу. Там Ожников с Костиком, Анж, Полинка…

— Саня, музыкалка просто бомба! — поднимаю я два пальца вверх.

— Я знал, что ты оценишь.

Стол заказывал Олег — это сто процентов. На нём все, что любит он и люблю я. Эгоистичненько. Но остальные уплетают не жалуясь.

— Аронов, ее на хлеб мажут, а не едят ложками.

Ааа… Величество добрался до черной икры!

Игнорируя выпад, задумчиво съедает еще одну ложечку.

— Я попросил, чтобы на нашем столе ее выложили в розетки. Портить ее хлебом — варварство. Детка, — набирает он еще одну ложечку. — Я хочу, чтобы ты это съела.

— Ни за что, — прищуриваюсь я.

— Это очень вкусно.

— Нет.

Отвратительная штука.

— Когда ты у меня повзрослеешь, м?

— При чем тут икра?

— У нас во Франции есть такое распространенное убеждение, что когда ребенок начинает любить черную икру, оливки и Дор Блю, значит он повзрослел.

— У ВАС во Франции?… — подмигиваю ему я.

— Ах, да… — вздыхает он. — У них…

— Ты скучаешь по Франции?

— Только по некоторым вещам, — пожимает плечами. — Когда-нибудь я поделюсь с тобой ими. И мы будем скучать вместе.

— Ты не хотел бы жить во Франции в будущем?

— Мм… Нет. Не хотел бы.

— Почему?

— Я там уже жил. И достаточно долго. В мире слишком много вариантов, чтобы останавливаться на одном.

— Интересная мысль…

— Не проецируй, — чуть заметно качает он головой.

Глава 28 (часть 2)

Официанты наводят порядок на нашем столе. Крис о чем-то щебечет с Полиной. Таня не отводит глаз от уже нетрезвого и более эмоционального, чем обычно Олега. Олег с Ожниковым зацепились за свою пьяную тему.

— Любая война — это либо бабки, либо власть, либо фанатизм, что, в общем-то, тоже на одном из этапов превращается во власть и бабки. Идею фанатизма я понять могу. Подписываться бы не стал. Но понимаю.