Онлайн книга Дядя самых честных правил 9

А кот спрыгнул на пол и тряхнул окровавленной мордой.

Подняв шпагу, я указал на Бауту и оскалился.

— Ты следующий, тварь!

Он обнажил длинную рапиру и вытащил правой рукой из-за пояса дагу.

— Иди сюда, некромант! Сейчас я пощекочу твою печень железом! — Смех из-под маски прозвучал уже не так уверенно, как в начале нашего знакомства.

Не сговариваясь, мы с Мурзилкой одновременно бросились на противников. Кот зигзагами кинулся к Гатто, который выставил перед собой шпагу. А я рванул к Бауте, собираясь закончить бой как можно быстрее.

Он был уверен в себе, предводитель Масок. Спокойно встал в стойку и поднял клинки, ожидая меня. Первый выпад Баута отбил с лёгкостью — рапира была зачарованной и даже не подумала ломаться от удара моей шпагой.

Я не собирался играть в благородство с убийцей. Отпрыгнув назад и уйдя от ответного выпада, я разрядил «громобой» в лицо Бауте. От дыма и огня он на мгновение ослеп и отпрянул, мотая головой. Я ударил наотмашь, сбивая в сторону его рапиру, бросил пистолет и вытянул левую руку.

Защита Бауты задерживала только магию, и я легко коснулся его груди пальцами. И в ту же секунду с них сорвался самый простенький «молот».

Пришлось отвернуться, настолько отвратительное получилось зрелище. Заклятье превратило тело Маски даже не в фарш, а в протёртую кашицу. В жидкое «смузи», как говорят авалонцы. Маска Бауты отлетела в сторону, а всё, что осталось от убийцы, растеклось на полу бесформенной лужей.

Я попытался ухватить его душу, чтобы утащить за грань и допросить.

Ледяное дыхание Хозяйки обдало холодом с головы до ног. Невидимая рука сжала душу Бауты и выдернула за грань без усилий.

— «Очень хорошо, — шепнул знакомый голос. — Молодец, некромант. Я сама допрошу его».

Когда я смог открыть глаза, Мурзилка уже справился со своим противником в маске кота.

Я подошёл к каждому убийце, но все они были мертвы. Даже Скудельница справилась со своей задачей, но не задушила Даму, а просто сломала ей шею. Сдёрнув маски с тех, у кого сохранились головы, я обнаружил самые обычные лица — молодые, с щегольскими усиками, явно из дворянского сословия. Только с Мореттой вышла заминка: она не привязывалась к голове лентами, как другие.