Онлайн книга Двойная измена. Мои (не)истинные (СИ)

— Н-да? И каким же образом?

— Скажем так. Мне по силам прикрыть несколько гостиниц на месяц. Это уже увеличит вам поток постояльцев.

— Я хочу рекламу? — ну а что наглеть так наглеть.

— Не понял.

— Видите ли, но в столичной типографии огромные очереди, а в той, где я печатала буклеты ранее о нашем спа-отеле, полетел станок. Так вот, для первого раза пятьсот экземпляров будет достаточно.

— Для первого раза, — густая бровь главы тайной канцелярии заметно поднялась.

— Разумеется! Служить империи честь для меня, — просияла я улыбкой.

Вильям прищурился. А потом откинулся на спинку удобного, обшитого недорогим гобеленом, стула. Сложил руки на груди.

— И протекцию в гильдии столичных перевозок.

— Хм.

— Только замолвите словечко. А дальше я сама разберусь. Просто, когда я сама пыталась поговорить с главой меня, мягко сказать, даже не стали слушать.

— Мне кажется, я поторопился, — протянул Вильям и как-то по-новому посмотрел на меня.

— Отчего же. Я бы сказала вы припозднились с предложением, — невозмутимо парировала.

— Скромность не ваш конек.

— Ну что вы! Это мое второе имя, просто о нем я не всегда вспоминаю. Могу гарантировать со своей стороны, что буду бдеть очень пристально. И день и ночь.

— Только без чрезмерных усердий.

— Ну что вы! Я свою часть сделки буду выполнять очень добросовестно. И раз мы достигли взаимовыгодных отношений, то я предлагаю отпраздновать это! — я все же счастливо просияла.

— А мы уже достигли?

— Разумеется, я свои обязанности поняла предельно точно. Вы, думаю, тоже. Так что предлагаю закрепить нашу сделку обедом за счет заведения, конечно же, — я довольно хлопнула в ладоши, расплываясь в улыбке.

— Мне кажется, это будет самый дорогой обед в моей жизни, даже несмотря на то, что меня угощают.

— А вы не думайте об этом. Честное слово, иногда нужно просто отдохнуть от этого.

Я махнула рукой Сальме и та, подойдя к нам, приняла заказ.

***

Вильям Краспери

Уходить от Виктории было невероятно трудно. Мужчине пришлось буквально отрывать себя от настолько желанной женщины. Мог ли Вильям подумать, что с ним произойдет такое помутнение рассудка? Да ни в жизнь! Он чувствовал себя диким зверем: жадным, ненасытным, сумасшедшим. Совершенно потерял голову, а факт того, что в империи творится что-то непонятное. не добавляло ему спокойствия.