Онлайн книга Метанойя

— Но… — Бортников развел руками, не зная, что еще сказать, — разве это возможно?

— Получается, что возможно очень многое, что вы еще час назад считали совершенно невозможным. Например, сейчас вы получите свою же собственную память о будущем, вплоть до 2020 года. Егор Николаевич, прошу вас!

И Соколов подошел к совершенно уже ничего не понимающему Бортникову.

— Что вы собираетесь делать?

— Поверьте, ничего страшного, — произнес тот и сразу, без перехода, — спать!

И подхватил падающего директора ФСБ, в чем ему помогли подскочившие Путин с Лавровым.

— Куда его? — поинтересовался Лавров.

— Просто подержите минутку, — ответил Соколов, проводя рукой над головой Бортникова. — Ну, вот и все. Просыпайтесь, Александр Васильевич.

Тот открыл глаза и, обнаружив себя в объятьях Путина с Лавровым, вытаращил глаза.

— Ты не подумай ничего такого, Саша, — ухмыльнулся Лавров, — просто ты чуть не упал и мы с президентом тебя поддержали.

И они с Путиным захохотали, отпуская оторопевшего Бортникова.

— Так, — повысил голос президент, — пошли все в дом, там кондиционеры и напитки.

С ним никто не стал спорить и дружною гурьбой они ввалились в прохладный кондиционированный воздух внутри домика. Там расселись за столом, а Соколов достал из стоящего в углу холодильника охлаждающие напитки и пиво.

— Ну, что чувствуешь, Александр Васильевич? — спросил, наконец, Путин.

Тот долго молчал, вслушиваясь сам в себя, но никто это молчание и не подумал нарушить. Наконец. Бортников начал говорить:

— Развал СССР был в 1991 году, потом были ""лихие 90-е"", разграбление государства, две чеченские войны.

— Надеюсь, что нет, — ответил Соколов, — просто я не знаю того варианта истории дальше 2020-го, а потому и не могу вернуть вам об этом память.

— Ничего не понимаю! — взъерошил волосы на голове Бортников.

— Ничего, сейчас объясним, — сказал Путин, — пиво будешь?

* * *Они еще долго сидели под навесом, обсуждая планы на будущее. Бортников, в одночасье приобретший двенадцатилетний опыт директора ФСБ и члена Совета безопасности государства, сразу почувствовал себя увереннее и принимал активное участие в разговоре. А поговорить было о чем.