Онлайн книга Метанойя

— Как тебе такая свобода, Егор?

— Б-р-р-р, — только и смог произнести он, — не вижу здесь свободы.

Ольга ласково потрепала его по волосам и продолжила:

— Теперь давай рассмотрим нашу гипотетическую преступницу. Понятно, что, будучи на воле, она жила так, как и живут женщины подобного толка — пила, гуляла, не работала, меняла кавалеров. Дети, если и есть, давно забыли, как выглядит мама. Да она и сама лишь иногда пьяно всплакнет о своих ""кровиночках"". Но то не она, то водка — не будем верить подобным слезам.

Потом, конечно, ее опять сажают в тюрьму. Ну, допустим, что-то там украла или, скажем, убила сожителя по пьянке. Обычное дело. И вот она вновь в давно уже привычной для себя обстановке. Рассмотрим, как проходит ее день в женской исправительной колонии. Хотя, странное, конечно, название для колонии, не знаю, кого там вообще можно исправить. Ну да дело не в названии.

Итак, подъем в семь часов утра. Пятнадцать минут на то, что бы заправить постель и сходить в туалет.

Затем полчаса на завтрак, который, заметь, для нее уже приготовлен. Потом она идет на работу — не более восьми часов! Просто потому, что такой распорядок, а его нарушать нельзя. На работе она, не слишком торопясь, то и дело перекуривая, что-то там делает, а в двенадцать часов идет на обед, который, обрати внимание, опять же вовсе не она готовила, но пришла на готовенькое.

Но вот она отработала, поужинала и что же она делает дальше, до отбоя, который ровно в десять вечера? — Да что хочет, то и делает — разумеется, в пределах забора с колючей проволокой. Хочет — гуляет с подругами и просто болтает. Хочет — смотрит телевизор. Или, скажем, идет в клуб и поет в хоре, если ей по душе такое хобби. Или читает книгу, лежа на кровати. Может, играет в карты или другие азартные игры, если любит это дело. Опять же — пьет чай с конфетами и печеньем, купленный в местном ларьке.

— А теперь, скажи, Егор, кто из этих двух женщин, на твой взгляд, более свободен?

— Ничего себе альтернативу ты предложила! — Егор удивленно смотрит на любимую. — Похоже, что свободнее преступница в лагере.