Онлайн книга Слепень

У гостиницы Ардашев расплатился с возницей и щедро отблагодарил Бельского за поездку на маяк. Завтрашней экскурсией была выбрана прогулка в Карповский аул. Чичероне обещал в девять утра ожидать Ардашевых в фойе отеля.

Вечером, после ужина, когда на улице уже стемнело, Клим Пантелеевич вместе с Вероникой Альбертовной отправились вновь навестить профессора.

В доме горел свет. Форточки были закрыты. И опять сквозь задёрнутые шторы был виден силуэт человека, двигавшегося по комнате. Ардашев стал у фонаря, достал часы и то и дело поглядывал то на циферблат, то на окна.

— Вероника, не сочти за труд, покрути звонок на входной двери.

— Хорошо, — ответила супруга и тут же исполнила просьбу, а присяжный поверенный тем временем всё продолжал смотреть и на окна, и на циферблат золотого мозера. Затем подошёл к входной двери, приложил ухо, потом нагнулся, оторвал травинку и приладил её в дверную щель в районе верхней петли.

— Послушай, а тебе не кажется странным такое поведение твоего знакомого? — с некоторым беспокойством в голосе выговорила супружница.

— Поликарп Осипович — гений. А гении не похожи на простых смертных. Завтра загляну к нему ещё раз. Как говорят англичане, tomorrow is another day. Утро вечера мудренее.

— Мог бы и не переводить. По английскому в гимназии я имела «превосходно».

— Не сомневался ни на йоту. Прогуляемся по набережной?

— С удовольствием.

VI

После завтрака за кофе, который супруги решили выпить в фойе, Ардашев внимательно просмотрел газеты и сказал:

— Подожди меня в номере.

— А как же экскурсия в аул? Африкан Ростиславович вот-вот явится.

— Ты можешь сказать ему, где я. А там пусть сам решает, дожидаться меня здесь или нет. — Клим Пантелеевич улыбнулся. — Не беспокойся. Такие щедрые туристы, как мы, у него встречаются нечасто.

Ардашев поднялся и вышел на улицу. Экипаж стоял рядом. Уже подъезжая к дому Поссе, он увидел молочника, меняющего у входа бутылки с молоком.

— Послушайте, любезный, а где профессор? — осведомился присяжный поверенный. — Приехал, знаете ли, к нему в гости, а он из дома не выходит.

— Не моё это дело, — пожал плечами усатый мужчина лет сорока пяти в картузе, рубахе навыпуск, жилетке, тёмных брюках и штиблетах. На плече у него висела полотняная сумка.

— Постойте! Я ведь с вами разговариваю! Это неучтиво, в конце концов! — выкрикнул вслед адвокат, но незнакомец ускорил шаг и скрылся в подворотне.