Онлайн книга Давай поспорим? (СИ)

Саню на месяц машины лишили, а мне… только сократили карманные расходы, которые и так были невелики.

— Я поспорил на нее… Если трахнется со мной, то Роб машину мне свою отдаст. Если нет, то миллионный оборот ему должен сделать.

— Ты … что?

Да, Саня, вот такой у тебя друг. Придурок.

— Хм… Я когда все это начал, не думал, что так все обернется. Что…

— Влюбишься?

Третий выстрел. Но от него сердце бьется быстрее. Совсем не так должно быть. Я уже сдохнуть должен был. А я живу. Сижу, виски пью.

Я из кармана достаю помятую карточку — фотографию отца, и протягиваю ее Сане.

Саня внимательно рассматривает фотографию и ни одного вопроса не задает. Там и так все ясно. На ней — мой отец. Мы один в один похожи.

— Это мой отец.

— Я уже понял, — отдавать не спешит, рассматривает.

— У них связь с матерью длилась не больше месяца, недели три. А она его до сих пор любит, представляешь? Ненавидит, обижается, но …любит.

— Вы пи*дец как похожи. Могу поспорить, у тебя такие же глаза, как и у него.

Да, у матери красивые серо-зеленые глаза, у меня же чисто-серые, мышиные, как она всегда говорила.

— Почему Каренина?

Улыбаюсь. Я улыбаюсь, потому что вспомнил нашу с ней первую встречу. Смотрела на меня как испуганный зверек, но бойкая, резвая. Слово боялся сказать, чтобы не накинулась на меня.

— Она переходила дорогу, а я на нее чуть не наехал.

— Детям потом будешь это рассказывать.

— Каким детям?

— Таким, Ромыч. Мелким, писклявым, которые будут лезть на тебя, когда с работы будешь приходить."

"Я представил маленькую девочку, с такими же конопушками и красивыми глазами. Но уже не цвета виски, а карамельки. Две карамельки. Озорные и задорные. Представляю, а где-то здесь, в райне сердце, теплеет. Три выстрела уже не ощущаются.

За стол вернулась та рыженькая, заказала себе еще бокал вина. Соблазнительно надувает губки, перед тем, как пригубить. Я наблюдаю за ней. Раньше я правда давно бы подошел. Завел непринужденный разговор, пошутил, соблазнил. Думаю в этот раз минут за пятнадцать бы управился точно. Но я сижу напротив и думаю о том, какой я придурок. Сегодня я упустил то, что не имел права упускать, потому что полюбил. Бл*ть, ее, мою Настю.

— Сорок шесть и шестьдесят три.