Онлайн книга История «не»мощной графини

Пусть это не наказуемо, но считалось хуже изнасилования и убийства. Да, покупка ребенка допустима, вот только, совершив ее, репутация купившего, если кто-то узнает о его поступке, будет потеряна. Все отвернутся от него и маловероятно, что удастся восстановить хотя бы ее часть.

– Вы серьезно? – кашлянул мужчина, будто протрезвев за мгновение.

Мне требовалось одобрение Роланы, которая не проронила ни звука, стоя за моей спиной.

Стиснув зубы, я медленно обернулся к юной графине, ожидая увидеть шок и презрение в ее глазах, но вместо него меня встретила невероятных размеров благодарность, окончательно приоткрывая дверь в мое сердце для этой девушки.

– Вы согласны забрать Льюиса к себе? – шепнули мои губы.

– Да, – выдохнула она, а на синих, словно океан глазах, выступили слезы.

– Ваша репутация… – решил предупредить я.

– К черту ее! – рыкнула графиня, что для меня было ожидаемо.

«Удивительная девушка», – не уставал повторять я себе снова и снова.

Мои губы тронула неуместная в данный момент улыбка, которая спустя секунду испарилась, а взгляд стал серьезным, как и само выражение лица.

– Назовите свою цену! – повернулся я к нервно топчущемуся на крыльце пьянчуге.

– Но… – начал было он.

– Сто золотых? – перебил его.

От озвученной суммы у почти бывшего отца глаза увеличились в размерах, алчно засияв.

– Вы же понимаете, – часто задышал он, – этот поступок… Люди забьют нас камнями до смерти, если узнают…

– Мы тоже можем пострадать – перебил его я. – Так что просто держите язык за зубами! Ну?

– Я не… – захлебывался воздухом мужчина.

– Сто пятьдесят! – повысил я сумму, от которой продажная пьянь схватилась за сердце, скорее всего, за всю свою жизнь не видавшая столько золотых. – Просто скажите, сколько хотите?! – давил я на него, сверля взглядом.

– Двести, – сипло произнес мужчина. – Двести золотых и… можете забирать мальчишку…

25. Ничего, откормим

Ролана

Не могла поверить, что это правда, что Льюис теперь не будет подвергаться насилию и издевательствам, а заживет, как нормальный ребенок, у которого есть любящие его люди.

Экипаж вез нас в поместье, а я все никак не могла выпустить мальчонку из рук.

– Ну что ты плачешь? – прошептала я, поглаживая его по темно-русым волосам. – Ты… расстроился, что твои родители…

Не знала, как отреагирую, если Льюис сейчас скажет, что не хочет покидать отчий дом.

– Я рад! – замотал он головой. – Я так рад, госпожа!

К горлу подступил ком, а дыхание стало прерывистым.