Онлайн книга Нарисованные шрамы

Он смотрит на кресло, потом на меня. Наверное, выражение моего лица показывает, насколько я взбешена, потому что он медленно садится и передает мне костыли.

— Я так зла на тебя, — говорю я сквозь зубы, прислоняю костыли к стене, затем поворачиваюсь и беру его лицо в свои руки. — Насколько сильно болит?

Он встречает мой взгляд, но ничего не говорит, только скрежещет зубами.

— Черт, детка. — Я наклоняюсь и целую его в лоб. — Я принесу тебе обезболивающее. Две таблетки?

— Лучше три.

— Хорошо. Тебе помочь забраться на кровать?

— Если ты разденешься и подождешь меня там, это будет хорошим стимулом.

— Не сегодня, так что не надейся. — Я глажу его по щеке и иду на кухню."

"Тридцать минут спустя, когда забираюсь в постель к Роману, он уже вырубился от тройной дозы обезболивающего. Я пользуюсь возможностью понаблюдать за ним. Обычно он встает раньше меня, поэтому у меня нет возможности застать его спящим. Я убираю несколько прядей волос, упавших ему на лоб, и провожу пальцем по линии бровей, носа и подбородка, любуясь его суровыми чертами.

Завтра нам нужно будет серьезно поговорить на эту тему. Не думаю, что он сделал это специально; у меня такое чувство, что Роман просто не привык, чтобы люди беспокоились о его благополучии. Он никогда не рассказывает о своем детстве, и я подозреваю, что оно было нелегким. Я до сих пор многого о нем не знаю. Он редко делится подробностями своего бизнеса, и думаю, что он пытается оградить меня от этой стороны своей жизни.

Глава 16

— Мы могли бы остаться дома. — Я собираю свою юбку и беру Романа за руку, чтобы выйти из машины.

— Я задолжал тебе ужин.

— Мы должны были вернуться домой после ресторана. Клуб можно было бы отложить на другое время.

— У меня все равно здесь дела с Павлом, мы не задержимся.

Он мог бы обсудить дела с Павлом дома; он делает это из-за меня. Я просто вскользь упомянул вчера о клубе, сказав, что отлично провела время и хотела бы как-нибудь сходить еще раз. Я не ожидала, черт возьми, что это произойдет на следующий день. Ему пришлось провести целый день в инвалидном кресле после того трюка, который он выкинул, и я ненавижу, что он давит на себя за мой счет.