Онлайн книга (Не) моя свадьба

Тут же заявил:

– Я все хочу попробовать сделать: и покупать его, и поиграть, и… Что ты там еще с ним обычно делаешь?

– Хорошо.

И тут она, наконец, улыбнулась.

Впервые за все то время, что провела у него в доме.

Широко улыбнулась, искренне.

Баграт аж замер, до того она показалась ему в тот момент красивой. Даже Пашка и тот прекратил кукситься, глядя на мать.

«У нее необыкновенное лицо», – подметил Баграт про себя."

"Мысленно порадовался, что купил подарок не только сыну, но и ей.

– Я бы очень хотел наладить с тобой дружеские отношения, – заявил он без обиняков. – Ты как, согласна?

В комнате повисло молчание.

Милана на секунду прикрыла глаза, а потом посмотрела прямо на Баграта.

Кивнула.

– Согласна, – наконец ответила.

Баграт выдохнул было с облегчением, но потом вдруг заметил неуловимые перемены в ее лице.

Но она же сама фактически предложила ему мировую.

В чем подвох?

* * *Мечта Баграта сбылась – он получил полный доступ к сыну.

Только очень скоро выяснил – ничего–то он в этой жизни не умеет.

Оказывается, заваривать детскую кашу кипятком нельзя, вода должна быть чуть горячее человеческого тела. Кормить малыша взрослой ложкой тоже нельзя, маленькая и та велика. Нужна специальная, силиконовая, но Милана забыла ее дома, хотя Баграт готов был поклясться, вчера в ее руках мелькала какая–то оранжевая детская ложечка.

Он стоически пытался накормить сына самой маленькой ложечкой, которая нашлась на его кухне. Пока кормил, гадал, и почему природа задумала, что у малышей такой маленький рот? Ничего же не помещается.

Пашка поначалу ел с аппетитом, потом ему надоело, и он начал плеваться. В результате каши оказалось больше на Баграте, чем в желудке у маленького поганца.

Потом наступило время игры. Но и тут Баграта ждал сюрприз. Оказалось, игрушки, которые он для него купил, малышу не интересны. Не понравились ни машинки, ни плюшевый мишка, ни даже маленькая гитара с цветными кнопками. И вообще нельзя трясти игрушками перед его лицом, малыша это нервирует.

Радовало одно – ребенок больше не заходился криком при приближении отца. Даже дался на руки, хотя целовать его Баграт не решился.