Онлайн книга Параллельные (СИ)

Мама печально вздохнула и пробормотала что-то себе под нос, отдалённо напоминающее «кто бы мог подумать…». Вновь улыбнулась, на этот раз вполне искренне, мысленно ответив: «Ты-то как раз и могла, предупреждала же меня…» Впрочем, размышлять на тему «Что было бы, если…» мне не хотелось. Поэтому плюнула на всё и сгребла оставшиеся вещи в пакет, который тут же полетел в мусорку. Если начинать новую жизнь, то начинать её с нуля.

Медперсонал провожал меня с преувеличенной вежливостью и натянутой доброжелательностью — наверное, они были только рады избавиться от нашего семейства.

На улице ярко светило солнце. Запрокинула голову к небу, подставляя лицо его лучам и пытаясь дышать полной грудью. Красиво, как в фильмах или книгах, не получилось. Грудная клетка болезненно откликалась на каждый вдох-выдох, а голова тут же закружилась, напоминая о недавнем сотрясе. Но это меня не расстроило, скорее наоборот, как в том анекдоте, заставило почувствовать себя живой.

— Если после тридцати у тебя ничего не болит… — проговорила я и сделала шаг вперёд, тут же врезавшись в папу, так не вовремя замершего на моём пути.

"Проследила за его взглядом и наткнулась на… Нечаева, который стоял возле своего автомобиля, припаркованного в нарушение всех правил прямо возле больничного входа. Сердце ушло в пятки, но я запретила себе трусить и попыталась обойти папу, положив руку на его плечо, как оказалось, вовремя. Евгений Палыч уже внутренне принял боевую стойку, готовясь к встрече с «любимым» зятем, и даже сделал попытку рвануть вперёд, но я надавила на его плечо.

— Пап, я сама.

— Кто-то должен постоять за тебя, — играя желваками, процедил отец, прожигая в Илье дыру.

— Должен, и я вполне справлюсь с этим.

— Нина, папа дело говорит! — подошла ко мне мама с не менее воинственным видом.

Наверное, если бы не родители, то я бы попросту прошла мимо Нечаева, но их желание разобраться с обидчиком единственной дочери было столь велико, что я сочла за благо не дать им пересечься. Вряд ли Илья стал бы драться с моим отцом, но вот за папу я не ручалась, да и ни к чему им слышать наши разборки.

Почти бывший муж выглядел странно — сдержанно и напряжённо, словно сжатая пружина. А ещё он был каким-то неопрятным, словно всклокоченным, что было несвойственно его чистоплюйской натуре. Но самым пугающим открытием стала седина, вдруг проступившая в его волосах.