Онлайн книга Шлейф сандала

Вот только нужно не только дать Никите Мартыновичу крышу над головой, но и сделать все, чтобы аптека не прекратила свое существование."

"- Никита Мартынович, мы завтра утром поможем вам переехать к нам, - сказала я, приняв решение. – На улице вы точно не останетесь.

- Да что ж я буду только место занимать? – грустно спросил он. – Без дохода я просто старый человек. Обуза.

- Не говорите так! – строго сказала я. – Вы для нас не обуза! А аптека никуда не денется. Мы ее откроем здесь!

- Как это здесь? – удивился Никита Мартынович.

- А в доме, - улыбнулась я. Эта мысль пришла мне в голову совершенно неожиданно. – На первом этаже. Там два выхода. Из одного можно выйти на другую улицу, но он сейчас заколочен. Выделим вам большую комнату, которая выходит окнами в сад. В ней поставим прилавок и стеллажи.

- Мне неудобно. Я не могу так бесцеремонно пользоваться вашей добротой… - начал было отнекиваться аптекарь, но тут встрял дядюшка:

- А чего? Сдается мне, что дело это выгодное…

- Это как? – удивился Никита Мартынович.

- Да очень просто! Будете с Леночкой ее масла для бороды варганить, да в аптеке продавать, - Тимофей Яковлевич неожиданно продемонстрировал деловую хватку. – Человек придет в парикмахерскую, мы ему бороду смягчим, расчешем, а он спросит: «Да где ж мне такое добро купить, чтобы дома самому за красотой ухаживать?». А мы ответим: «Дык, в аптеку нашу загляните. Там такого добра пруд пруди!».

- Вот это я понимаю, голова работает! – удивленно воскликнула я.

- А то! – засмущался дядюшка. – Это когда я водку пил, мне ничего не надобно было, а сейчас пыл к работе появился.

С таким размахом можно было и мыло варить… Я тут же приструнила себя. Начинать нужно с малого, а не хвататься за все подряд.

- Идите домой, к Машутке, - обратилась я к Никите Мартыновичу. – Завтра, как только рассветет, мы придем и перенесем все ваши вещи, чтобы к обеду успеть. Может, еще мужчин с собой позовем. Не думаю, что нам кто-то откажет.

Аптекарь ушел более спокойным. Конечно, в его душе творилось непонятно что: ему было больно, терзала обида. Но он хотя бы чувствовал поддержку. А это дорогого стоит.

Когда закончился дождь, от Ксении Алпатовой прибыл слуга. Я передала ему список и только собралась вернуться домой, как услышала голос Минодоры:

- Елена! Погоди!

Обернувшись, я увидела, что она быстро идет по улице. Щеки девушки раскраснелись, она задыхалась, но темпа не сбавляла.