Онлайн книга Придворный Медик

До тех пор, пока я не заберу тебя из приюта, ты — не Кирилл Булгаков. Привыкай использовать имя из своего второго паспорта.

— Да уже привык, — произнёс брат. — Но, если честно, я беспокоюсь, что эти люди нас найдут.

— Ты об убийцах?

— Нет. О тех, кто помог тебе оформить фальшивый паспорт для меня.

— На этот счёт не беспокойся. Нас с ними больше ничего не связывает. Мы квиты. Отплатили друг другу услугой за услугу, — успокоил его я. — В этом приюте ты в безопасности.

— Ладно, понял. А что сейчас посоветуешь сделать, Паш? Стоит пытаться себя полечить ещё раз?

— Можешь бронхи себе расширить, но голову не трогай, — велел я.

— Значит, договорились! — повеселел он. — Спасибо, что позвонил.

— До завтра, Кирилл.

Я положил трубку, убрал телефон назад — в потайное отделение шкафа, а затем пошёл в душ, чтобы освежить мысли.

За Кириллом нужен глаз да глаз. Парень умный, способный, но своенравный. Правда, меня он всегда слушается. Просто у него начал проявляться характер.

Думаю, так на него повлияла гибель родителей и жизнь в «трущобах», в которых мы с ним провели целых три месяца. Нам приходилось скрываться на окраине города. Там, где обитает не просто бедное население, а самое дно социальной лестницы. Бандиты, проститутки, воры, наркоманы и алкоголики.

Однако это было единственным местом, где мы могли скрыться от убийц.

В тот момент мы с братом были двумя абсолютно разбитыми людьми, которым нужно было начинать жизнь заново. Кириллу было трудно пережить то, что случилось с «нашей» семьёй. А мне приходилось мириться с тем, что я оказался в совершенно чуждом мне мире. Без знакомых и без друзей.

Тогда мы с братом здорово помогли друг другу. Я помог ему пережить случившееся и подняться на ноги.

Разумеется, я не рассказывал ему о том, что моё сознание переместилось в тело Павла Булгакова откуда-то извне. Пришлось солгать, сослаться на амнезию после полученной травмы.

Почти три месяца мы работали подпольными лекарями. Я лечил, а Кирилл мне помогал. Спасали всяких раненых бандитов и прочих падших людей, у которых не было возможности обратиться за помощью даже в самую бедняцкую клинику.