Онлайн книга Роковая Роксана

– О чём ты, вообще? Это бестактно – забирать у Стеллы подарок жениха только для того, чтобы произвести впечатление на графа. Да граф, к твоему сведению…

Возможно, я всё-таки сказал бы, что приглашение графа – это совсем не галантные ухаживания, но мама не пожелала слушать."

"- Да что я с вами спорю! – вспылила она и разжала руки Стеллы, мигом забрав у неё книжечку и ловко отстегнув замочек на цепочке. – Тебе она нужнее, Рокси. Сти не обидится, - и она перешла к наставлениям, не замечая, что у Стеллы задрожали губы, а отчим неодобрительно нахмурился.

- Мы ещё не знаем, пригласит ли меня кто-то кроме графа, - сказала я сдержанно.

- Пригласит, - уверенно ответила мама. – Ну вот, приехали. Девочки, не потеряйте маски. Всё-таки, это маскарад!

- Зайдём в дамскую комнату, - шепнула я угрюмо молчавшей Стелле, когда мы выходили из кареты, - отдам тебе книжку.

- Не надо, - ответила она тоже шёпотом. – Оставь себе. Мама права, ты имеешь право повеселиться. А я ведь твоя сестра, а не ведьма какая-нибудь, - и добавила, улыбнувшись и расцеловав меня в щёки: - Сведи уже с ума этого напыщенного графа! И если моя книжка поможет, я буду счастлива.

Как же она ошибалась, но я не стала её разубеждать.

- Спасибо, - сказала я искренне и расцеловала её в ответ.

По лестнице мы поднялись, взявшись за руки. Двери были распахнуты настежь, звучала весёлая музыка, и в лицо нам сразу прилетела пригоршня конфетти.

Вокруг кружились в танце, флиртовали и бросались цветами, конфетти и серпантином фея и сатир, викинг и нежная нимфа, паяц преследовал греческую богиню, а Коломбина пряталась за веером от слишком настойчивого единорога.

Маскарад сразу захватил нас, увлёк в самый центр, закружил, оглушил…

Маски атаковали нас со Стеллой, наперебой приглашая танцевать.

Кадриль? Кадриль занята. Вторая кадриль? Простите, тоже. Англез? Котильон? Бранль? Контрданс?

Я записывала кавалеров, без особых раздумий – кто сказал первым, того и танец. И лишь на канарио позволила себе особый выбор – господина Мюррея. Он очень лихо стучал каблуками, и хозяева праздников часто просили его исполнить канарио показательно, чтобы гости могли полюбоваться.