Онлайн книга Семисвечник царя Соломона

Баба Шура в это время с упоением раскладывала маленькую пачку, напевая при этом одну ей известную песню:

– Денежки… Как я люблю вас, мои денежки! Вы в жизни счастье, мои денежки, приносите с собой! И это нежное шуршание приводит сердце в трепетание, вы лучше самой легкой музыки приносите покой…

Она еще много знает в таком духе.

– Вот, – сказала наконец баба Шура, любуясь на аккуратно разложенные купюры.

Там было четыре пачки: две тысячные купюры, четыре пятисотки, шесть двухсоток и семь сотенных.

– Всего здесь пять тысяч девятьсот рублей, – гордо проговорила баба Шура.

Я похвалила ее за знание арифметики и отправила спать.

Оставшись одна, я долго смотрела на паспорт Арсения, которого теперь следует называть Андреем. Что все это значит? И надо ли мне показывать его Василисе?

Наверное, все же надо показать, не для того, чтобы посоветоваться, потому, что я твердо знаю, что никакого разумного совета сестрица мне дать не может по определению, но все же хочется с кем-то поделиться информацией.

Я аккуратно сложила вещи в сумку, запихнула в потайной карман деньги и паспорт, саму сумку положила в шкаф, а шкаф закрыла на ключ, ключ спрятала в тайник между подоконником и батареей.

Это еще в детстве мы с Василисой обнаружили, что там имеется небольшой зазор. Баба Шура с нами тогда не жила и про тайник этот понятия не имеет."

"Когда я ложилась спать, я с тоской думала, что завтра нужно рано вставать, тащиться на работу и торчать там целый день; но вдруг меня осенило, что сегодня пятница, а завтра, соответственно, суббота, так что впереди два выходных.

Поэтому я утром спала очень долго, а потом, накормив бабу Шуру овсяной кашей (на этот раз она не сопротивлялась, потому что чувствовала вину за вчерашнее), решила заняться хозяйством. Хотя бы стиралку запустить.

Белья накопилось за неделю удивительно много, и одежды тоже. А когда я решила постирать джинсы и проверила карманы, то оттуда выпала карточка.

Обычная такая картонная карточка, вроде как визитка.

«Алгарве. № 411. А. Савицкий».

Вот почему мне показалось знакомым это странное слово. А карточку эту я нашла в машине Арсения, то есть… теперь его нужно называть Андреем.

А лучше вообще никак его не называть, потому что его больше нет на свете.

Но, с другой стороны, хорошо бы все-таки выяснить, в чем тут дело, потому что странные дела творятся вокруг нас с сестрой…

Я решила поискать в Интернете эту самую Алгарве.