Онлайн книга Вишня во льду

А значит, ошибиться нельзя.

* * *Новый год пришел к Дорошину в небольшой, но очень интересной, а главное – неожиданной компании. Если утром тридцатого декабря он еще с унынием думал о том, что главную ночь года ему придется встречать в гордом, хотя и унылом одиночестве, то уже к обеду выяснилось, что к нему придут гости.

Об этом сообщила телефонным звонком Мария Викентьевна.

– Витенька, мальчик мой, – пробасила она в трубку, – хочу задать вам неудобный вопрос. Вы не будете против, если в новогоднюю ночь я нежданно-негаданно свалюсь вам на голову? Или мой визит нарушит ваши планы?

Признаться, что планов никаких нет, было стыдно, и Дорошин чуть было не соврал, что приглашен в гости к друзьям, но вовремя остановился.

– Нет у меня никаких планов, – признался он. – С женой я, как вы знаете, развелся, у сына своя компания, у друзей по работе – своя, так что я один, Мария Викентьевна, если вам интересно мое общество, то присоединяйтесь, буду рад.

– Вы меня извините, Витенька, но я за последние несколько лет привыкла отмечать новый год в Коленькином доме, – сказала Склонская. – У моей дочери и внуков тоже планы, они на Новый год уезжают куда-нибудь в Европу, так что я остаюсь одна, а одиночество в старости гораздо страшнее, чем ваше.

– Я понимаю, Мария Викентьевна, и очень рад, что вы придете ко мне, – совершенно искренне признался Дорошин. Будто невидимая, но очень крепкая нить связала его с этой женщиной, вместе с домом доставшейся в наследство от дяди. Отчего-то рядом с ней жизнь приобретала новый смысл. – Вот только боюсь, что вам будет скучно со мной. Я всегда был бирюком, а уж после развода совсем одичал.

– А я не одна приду, – живо откликнулась Склонская. – Мы и в прошлый год с Коленькой не вдвоем куковали. Пожилым людям нужно что? Общение. Вот мы его и организовали, и завтра тоже организуем. Вы не против?

– Хорошо, – засмеялся Дорошин, понимая, что предстоящий Новый год точно нельзя будет назвать скучным. – А кого мы еще позовем?

– Так Золотаревых. Леночку вы уже знаете, а ее дед, Федор Иванович, интереснейший собеседник, смею вас уверить.