Онлайн книга Вишня во льду

Так что хотеть ты можешь все что угодно, а примириться с жизненными реалиями все-таки придется. Но ты никогда не был страусом, прячущим голову в песок. Разве нет, Вик?

– Да, Эд. Как бы то ни было, правду я приму в любом случае, какой бы горькой она ни была. Правда – это самое важное в жизни.

* * *К началу рабочих дней январские морозы отступили, ослабели, сдали позиции, и хотя в кабинете стоял дубак, по улице уже можно было перемещаться без риска что-нибудь отморозить. Впрочем, погруженный в собственные невеселые думы Дорошин на погоду внимания не обращал вовсе.

Придя на работу, он с изумлением обнаружил у двери собственного кабинета женскую часть семьи Газаевых – знакомых ему Альмагуль и Диляру, а вместе с ними женщину неопределенного возраста, в прошлом удивительно красивую, но рано состарившуюся, с грустным и заплаканным лицом.

Дорошин знал эту особенность восточных женщин – стареть рано и необратимо. Гордые профили юных восточных красавиц, такие как у Альмагуль и Диляры, отчего-то очень быстро тяжелели, теряли четкость, расплывались, покрываясь сеткой глубоких морщин.

– Здравствуйте, – сказала одна из девушек, кажется Альмагуль. – Вы нас помните? Мы с вами виделись в картинной галерее, когда мы были там с папой.

На слове «папа» личико ее сморщилось, но она сдержалась и все-таки не заплакала.

– Конечно помню, – сказал Дорошин. – Вы Альмагуль Газаева, а это ваша младшая сестра Диляра. Правильно?

– Да, правильно. А это наша мама Джамиля Абдулкеримовна. Она хочет с вами поговорить."

"Итак, все-таки мама. Дорошин отпер кабинет, распахнул дверь и сделал приглашающий жест внутрь, мол, проходите. Диляра сделала было движение, намереваясь шагнуть через порог, но была остановлена властным жестом материнской руки.

– Девочки останутся здесь, – пояснила Джамиля Газаева. – Мне нужно поговорить с вами наедине.

– Хорошо. – Дорошин пропустил ее в кабинет и закрыл дверь перед любопытным носом Диляры. – Присаживайтесь, пожалуйста, Джамиля Абдулкеримовна, я вас внимательно слушаю.

– Я пришла к вам потому, что меня беспокоит душевное состояние Альмагуль. – Женщина полезла в карман, достала носовой платок и трубно высморкалась.