Онлайн книга Есенин: Обещая встречу впереди

«…в солнце кулаком — бац, /А вы там — каждой собачьей шерсти блоха, / Ползайте, собирайте осколки / Разбитой клизмы…» — Мариенгофа.

Приятного аппетита, дорогие посетители.

Хотя гастрономический аспект отчасти тоже был учтён:

В небе сплошная рвань,

Облаки — ряд котлет,

Все футуристы — дрянь,

Имажинисты — нет.

Автор четверостишия не установлен, но, учитывая наличие в нём типично есенинских словечек — «облаки», «рвань», — можно предположить, что он поучаствовал. Вот только «котлеты» не из его словаря — их, скорее всего, Шершеневич привнёс.

В центре кафе находилась печка — иного способа согреться в эпоху военного коммунизма не было.

Помещались в «Стойле Пегаса» порядка сорока человек. Имелась эстрада.

Несколькими днями позже Есенин и Мариенгоф открыли свою книжную лавку на Большой Никитской, дом 15.

Другую лавку организовали Шершеневич и Кусиков.

Всего тогда в Москве было пять книжных лавок — и две из них имажинистские; ещё в одной — во Дворце искусств — работал молодой имажинист Матвей Ройзман, поэтому книги членов компании были широко представлены и там.

В те дни, в конце октября, армия Деникина взяла Орёл.

Зинаида Райх, с первых дней революции трудившаяся в советских наркоматах, жившая в московской гостинице вместе с вождями, жена большевистского (по мнению белогвардейцев) поэта, плетущего (цитируем статью из белогвардейской газеты) «венок Троцкому на рога», работавшая в Орле заведующей красноармейским клубом, вынуждена была бежать из города на пятом месяце беременности, с годовалой дочкой на руках.

Явилась в Москву к мужу и его другу Анатолию в Богословский.

У них в то время ночевал ещё и Колобов, временно потерявший жильё.

Некоторое время жили вшестером. О беременности Райх мужу пока не говорила.

Танечка отца не признавала, но с удовольствием сидела на коленях то у Мариенгофа, то у Колобова.

Мнительный и ревнивый Есенин сообщил Мариенгофу, что это «козни Райх».

Из Богословского Есенин съезжать не собирался — вместо этого нашёл Зине другое жильё и пообещал её навещать.

Неизбежно поругались.

В очередную ссору она пошла с козыря — сказала, что носит второго ребёнка.

— Беременная? От меня?

— А от кого же, Сергей?

— Ну, не знаю, не знаю…

Через неделю Зинаида устроилась на работу во внешкольный отдел Наркомпроса консультантом по искусству.

Приезд жены совпал с ещё одним знакомством Есенина, которое неспешно перерастёт в роман.

Снова брюнетка, снова дочь богоизбранного народа.