Онлайн книга Есенин: Обещая встречу впереди

* * *

Автор многочисленных книг и публикаций по еврейскому вопросу, участник Белого движения, сионист, эмигрант Даниил Пасманик констатировал тогда: «Мы должны признать, что многие евреи собственными действиями вызывают настроение обострённого антисемитизма. Все охамившиеся евреи, заполнившие ряды коммунистов, — все эти фармацевты, приказчики, коммивояжёры, недоучившиеся студенты, бывшие экстерны и вообще полуинтеллигенты, — действительно причиняют много зла России и еврейству».

В партии большевиков ещё в 1922 году евреи составляли всего 5,2 процента.

Проблема вдруг возникших в Центральной России антисемитских настроений была столь остра, что в 1923 году Комиссариат внутренних дел создал специальную комиссию по изучению вопроса.

Во время Гражданской войны с антисемитами боролись самым жёстким образом. Постановление, принятое Советом народных комиссаров ещё 27 июля 1918-го, гласило: «Принять решительные меры к пресечению в корне антисемитского движения.

Проще говоря, за подобный разговор («ведение погромной агитации») вполне могли расстрелять. Когда Марк Родкин в своих показаниях упоминал о призывах к погромам, он, вполне возможно, знал, что́ делает.

Однако в редакцию Уголовного кодекса 1922 года это постановление не вошло.

Теперь большевистская власть числила антисемитизм по разряду «общественно-бытовых извращений», наподобие алкоголизма.

В то же время данный случай, при умелой подаче, можно было подвести под статью 59–7 УК «Пропаганда или агитация, направленные к возбуждению национальной или религиозной вражды или розни». И это уже грозило тюремным сроком.

Есенин, трезвея, начал перебирать, чьей помощью он мог бы воспользоваться сегодня.

Калинину уже звонили, и кончилось это плохо. Блюмкину вряд ли стоит звонить: и он, и его начальник могут неоднозначно расценить случившееся.

То ли Есенину, то ли кому-то из сотоварищей пришла мысль: а если Демьяну Бедному позвонить? Свой человек — русский, Ефим Придворов по паспорту, — поэт, но влияния настолько огромного, что живёт в Кремле.

Есенин попросил телефонный аппарат — ему предоставили.

Бедный в своей кремлёвской квартире взял трубку.

Есенин представился и попросил помочь. Бедный попросил изложить суть дела.