Онлайн книга Камень. Книга 10

В отличие от Кузьмина, Белобородов со всеми без исключения себя вел вежливо, и, даже когда «гонял» великих князей и княжон, сразу становилось понятно, что это именно отческая забота, проявляемая им для лучшего воспитания молодых Романовых. Подрастающее же поколение правящего рода, что характерно, отвечало своему наставнику полным пониманием и уважением. Настоящего Зверя Варушкин увидел лишь два раза: первый, когда Белобородов работал с тем швейцарским банкиром в Ницце; и второй в Сен-Тропе, после покушения пятерки вражеских колдунов на кортеж — тогда, в отеле, адмирал в глазах невозмутимого с виду Прохора Петровича наметанным взглядом рассмотрел не просто желание убивать, а самую настоящую жажду крови!

Отдельно стоило подчеркнуть отношение этих двоих к великому князю Алексею Александровичу.

"Ужин, начавшийся вскоре после благополучного прибытия ценного груза в марину, прошел в теплой и дружеской атмосфере — все-таки операции подобного рода сближают людей, — а «на десерт» Белобородов передал благодарность Варушкину с Нарышкиным от цесаревича, добавив в конце:

— Еще Александр Николаевич просил передать, что государь с государыней обещали завтра выделить время и лично посетить ваше расположение, — Прохор Петрович многозначительно посмотрел в сторону фур с контейнерами.

Генерал с адмиралом понимали — орденов за эту ерундовую операцию на грудь не повесят, а вот личная благодарность императора, которая порой стоит больше иных орденов, может и пригодиться…

В очередной раз напомнив, что за «добычей» надо смотреть в оба, Белобородов с Кузьминым сошли с трапа «Звезды», а Варушкин с облегчением выдохнул и заявил Нарышкину:

— Всякое в жизни случалось, но таких командиров у меня еще не было.

— Значит, тебе наконец повезло, Сергеич, — генерал хохотнул. — Эти двое даже не какие-то там особо секретные бойцы из элитных спецподразделений Тайной канцелярии, а самые настоящие киллхантеры, профессиональные охотники на убийц, если пользоваться терминологией Североамериканских Штатов. И подчиняются эти оба-двое только и исключительно Романовым.

— Это я уже заметил, — протянул Варушкин.