Онлайн книга Венец безбрачия

- Не принимает… тело не принимает…

Он говорил очень-очень медленно, часто повторяя собственные слова, и в какой-то момент, как мне показалось, потерял сознание. Я снова взяла чашку и аккуратно провела влажной ложкой по истончившимся губам. Веки капитана дрогнули, и он продолжил.

Как я и подозревала, он был любовником вдовствующей графини. Связь их началась около пяти лет назад и к эспанцам придумала обратиться именно госпожа Аделаида. Правда, все пошло совсем не так, как она ожидала, и вместо того, чтобы убить Леона, а Антонио сделать наследником, маленькую графиню из замка Шартонг собрались выдать за старика.

Аделаида была уверена, что эспанцы удовлетворятся богатым выкупом за неё – она решила обеспечить себе не просто безбедную старость, а именно – роскошное существование. Копию ключа от сокровищницы она изготовила очень давно, выбрав момент, когда муж был пьян.

У капитана был только один человек, которому он мог полностью доверять – ординарец Люк Брайт. Именно с его помощью и были вынесены деньги и драгоценности из сокровищницы.

- Вы планировали после убить их?

- Да…

Но то ли графиня в плену была излишне разговорчива, то ли эспанцы и так знали, что в замке две сокровищницы, но за ними следили и, как только сундук, в который сложили и мешки с монетами, и серебряный ларец с фамильными драгоценностями, был довезён до Лебяжьего озера – на них напали.

- Эспанцев было семь человек, но мы отбились.

Не знаю, сколько я стояла перед этой говорящей мумией. Мне казалось, что я провела в комнате умирающего всю ночь, однако, когда я вышла на улицу, солнце уже скрылось, но облака на западе все ещё были подкрашены его лучами. Получается, что я слушала исповедь меньше часа.

Больше всего в этой истории меня поразила госпожа Аделаида. Капитан был её любовником много лет и верил, что она отвечает ему взаимностью.

- Она выбрала время... Бертольд уехал... давила на рану... её лицо...

Может быть, именно это разочарование в любимой женщине и подвергло его сохранить от неё в секрете место, где он спрятал казну.

- Я не хотел говорить... это как искупление греха... часть искупления... раскаяние...