Онлайн книга Вынос дела

Но в трубке стояла тишина, раздавалось лишь легкое потрескивание – наверное, садится батарейка.

– Говорите!

– Дашка, – послышался прерывистый, какой-то сдавленный шепот, – умираю, помоги…

– Кто это? – окончательно испугалась я. – Что случилось?

– У-би-ли, – как-то по слогам произнес мужчина, – меня, Никиту… не могу… найдешь… бойся… у Харитонова…

Речь прервалась, послышался тяжелый хрип.

– Нет, – завопила я, одной рукой натягивая слаксы, – еду, держись, ты где?

– Косовский, – зашептал Павлов и вновь захрипел.

– Поняла, поняла, – твердила я в трубку, выносясь во двор, – еду, жди, Кит, слышишь, жди!

Но из мембраны больше не раздавалось ни звука, только звенящая, страшная тишина.

Боясь отключить телефон и время от времени выкрикивая в «Эриксон»: «Еду, еду!» – я неслась по почти пустынным проспектам и улицам.

Хорошо, хоть знаю, где находится Косовский. Пропетляв по узким улочкам и чуть не протаранив вонючий мусорный бачок, я стукнулась бампером о непонятную железку и, выскочив из машины, понеслась в подъезд.

Дверь девяностой квартиры оказалась незапертой. Я внеслась в темный холл и завопила:

– Кит!

В ответ – ни звука. Полная самых дурных предчувствий, я щелкнула выключателем и увидела большой захламленный холл. Дешевые обои свисали клоками, под потолком болталась на проводе голая, казавшаяся ужасно яркой лампочка.

От холла отходил узкий коридорчик, в конце виднелась дверь с разбитым стеклом. Я подлетела к ней и оказалась в комнате.

Убогая мебель, на колченогом столе расстелена газета. На ней в беспорядке навалены куски грубо накромсанного хлеба. В надколотой тарелочке сложено несколько ломтиков обветренного сыра. Похоже, он находится тут не один день. На углу красуется вызывающе роскошная коробка дорогущих конфет «Моцарт».

– Никита! – позвала я.

И вновь в ответ ни звука. В полном отчаянии пошла на кухню и тотчас же увидела бывшего однокурсника.

Павлов лежал на животе между подоконником и дешевым столом, покрытым голубым пластиком.

– Кит, – пробормотала я, пытаясь перевернуть стокилограммового приятеля на спину. – Кит, что с тобой?!!

Через секунду ответ стал ясен. Павлов оказался на боку, и я увидела на безупречном пиджаке, с левой стороны, аккуратное, словно нарисованное темно-красное отверстие. Крови почти не было. Я потрясенно замерла над трупом.