Онлайн книга Звезда сомнительного счастья (СИ)

О респектабельности этого места говорило и то, что широкие улицы были хорошо освещены, прогуливались серьёзные стражники, каждый дом был обнесён высокой оградой и имел собственный сад.

Да уж, в любом мире богатеи предпочитали селиться свободно. А улыбнулась своим мыслям. Что это со мной? Судя по всему, во мне подняла голову тщательно скрываемая классовая ненависть, не иначе… я напрягла мозг, но смогла вспомнить только что-то про то, что «верхи не могут, а низы не хотят».

Пока я пребывала в собственных размышлениях, карета остановилась возле одного из домов, и Ральф заколотил в ворота.

Какая-то женщина торопливо спустилась по лестнице, неся в руке масляный фонарь. Сидящий на козлах Эдмунд, как водится хмуро, сообщил ей о том, что мол, леди Елена прибыла, просим любить и жаловать. Женщина заохала, прижала ко рту ладонь и заторопилась, помогая мне выйти из кареты.

- Ох ты, неожиданность какая! Леди Розалина пока не отдавала никаких распоряжений о том, чтобы приготовили вам гостевые-то покои. А мы-то и не знали, когда вы прибудете! Леди Деймор скажем, вот уж обрадуется ваша матушка!

- Мачеха! – поправила я словоохотливую тётку и последовала за ней. Ребята топтались возле кареты, но я махнула рукой, мол, давайте следом.

Они в этом доме были единственными знакомыми мне людьми. И отпускать их было боязно. Да и вообще, сердце тревожно застучало.

Откуда-то сверху раздался мелодичный голос, спрашивающий, кто это припёрся на ночь глядя, и я увидела спускающуюся молодую женщину. Мне было сложно представить свою мачеху. Если бы меня кто-то спросил, как я её вижу, то я бы сказала, что это может быть такая милая тётушка с шалью на плечах.

Глупо, да? Хотя бы потому, что передо мной стояла красивая молодая женщина, не старше тридцати пяти лет, с модной причёской из сложно уложенных локонов и в элегантном платье.

- Елена? Милая! Мы с твоим отцом так ждали твоего приезда, дорогая! – женщина растянула рот в улыбке и полезла ко мне с объятиями.

А мне невыносимо захотелось развернуться и забиться в самый дальний угол дорожной кареты. А всё потому, что никто не сможет меня убедить в том, что мне почудилась ненависть в синих глазах моей мачехи. Впрочем, спустя пару мгновений, на лицо леди Розалины вернулось ласковое и приветливое выражение.