Онлайн книга Бывший. Ворвусь в твою жизнь

— Что у вас за отношения?

— Отношения, в которых ничего не осталось, — поднимается на ноги, касается моего лица и улыбается, — кроме чувства вины, сожаления и последствия от множества ошибок, которые решали, как умели. Много суетились, Мила, а пострадала наша дочь. И, увы мне, я тоже виновата.

Молчит несколько секунд и отрешенно говорит:

— Он хотел вернуться, а я его не приняла, Мила. Прости меня.

Глава 17. Мам, просыпайся

Поджидаю Адама на кухне, когда он выйдет из комнаты Вани, но он, похоже, заснул, а врываться с новыми претензиями, которые по большей части не к нему относятся, бессмысленно.

Поэтому я иду спать, и сейчас я очень недовольна тем, что у нас маленькая квартирка и что мы делим одну комнату с мамой на двоих. Я бы сейчас предпочла сидеть сердитой белкой в своем дупле. Одна.

Отец хотел вернуться. Как женщина, я не могу винить маму в ее нежелании принимать его, но как ребенок, который верил, что родители могут помириться, если захотят, я злюсь. И учитывая тот факт, что моя мама так и не нашла других серьезных отношений, то она любила.

— Ты счастлива?

— Я сплю, Мила, — недовольно ворчит мама.

— Не спишь.

— Счастлива.

— Нет.

— Мила, мое счастье не было сосредоточено только на твоем отце.

— Почему ты тогда одна?

— То, что я не выскочила замуж, не значит, что у меня не было мужчин.

— Что?! — я аж подскакиваю с кровати.

— Поэтому я об этом не распространяюсь, — мама вздыхает и переворачивается к стене лицом.

— И кто?!

— Какая разница?

— Мама! — зло шепчу я.

— Боже, у меня дочь — монашка.

— Мама!

— Мне не понравилось замужем, — мама елозит головой по подушке. — Вот честно. Из всех плюсов замужества — только дикая дочь.

— И сейчас есть кто-то?

— Я сплю.

Упрямо замолкает и не реагирует на мои расспросы. У меня нарастает желание кинуться к Адаму и поделиться тем, что моя мама… совсем не монашка, которая все эти годы страдает по неверному мужу.

Я все понимаю. Я современная женщина, но, кажется, я хотела бы, чтобы мама гордо любила отца.

— Какая я дура, — шепчу я и прячусь под одеяло.

— Нет, — сонно отвечает мама. — Ты хорошая… любимая…

Ворочаюсь в тишине. За стеной спит Адам и Ваня, и я не знаю, что нас всех ждет и как я со всем справлюсь, если совершенно не знаю жизни в ее сложностях, к которым я не готова.

И снится мне всякая тревожная ерунда. От меня убегает Ваня к Адаму, который подхватывает его на руки и уходит к размытой женщине.